– На вокзал, скажу, что твои родители багаж забыли. В школу, конечно же. Надо решать вопрос. По поводу жилья и кормёжки не переживай, а вот без документов будет проблематично в школу попасть. Хотя, у мамы там знакомая работает. Чего расселся? Идём!
– Если откажут, что делать?
– Да, заварил ты кашу. Давай попробуем её съесть. Пойдём, пообщаемся с кем-нибудь из школы, а потом будем делать выводы. Пока вопросов много, а ответов – ни одного. Бывает же.
– Как сообщить родителям о моём побеге?
– Ты серьёзно думаешь, что они не заметили?
– Не цепляйся к словам. Надо как-то сообщить, что со мной всё в порядке.
– Не знаю, возможно ли в поезд передать эту информацию. Может телеграмму на домашний адрес. Приедут, увидят и позвонят нам.
– Точно.
Я в буквальном смысле ворвался в отделение почты. Очередь была небольшая и через десять минут я уже диктовал текст телеграммы: «Дорогие мама и папа, не волнуйтесь. У меня всё хорошо, я остаюсь у тёти Тани». Это первое, что пришло мне в голову. Конечно, эти слова не отражали моё состояние, но объяснить мой поступок одним предложением было вообще невозможно.
После этого мы пошли в школу. Матвей рассказывал весёлые истории, чтобы поднять мое настроение, но мне было не до них. И все равно я был признателен ему за помощь и поддержку. По дороге я в очередной раз задавался вопросом о правильности своего решения. Вряд ли кто-нибудь мог бы дать мне правильный совет в подобной ситуации.
На крыльце мы встретили знакомую семьи Сердечных – она была завучем этой школы. Галина Борисовна выслушала рассказ Матвея и с улыбкой произнесла:
– Если есть цель, то надо было прямиком в Москву ехать, а не к нам. Тем более, прецедент уже несколько веков назад был. Ваш земляк добрался до первопрестольной на обозе! Даже Университет по сей день его имя носит!
– Галина Борисовна, так это будущее нашего футбола! Представляете, включаете через несколько лет телевизор, а там Михаил в футболке сборной России. – Матвей подхватил юмористический тон беседы.
– Ладно, пойдёмте к директору. Важно, что она скажет на этот вопрос. Кстати, Михаил, как у вас с успеваемостью?
– В аттестате нет ни одной тройки, средний балл четыре с половиной.
– Неплохо. Если директор даст своё согласие, то, думаю, всё должно получиться. В этом случае, Михаил, вы не имеете права меня подвести! Подождите здесь.
Она зашла в кабинет, на двери которого большими чёрными буквами было написано «ДИРЕКТОР». Самое тяжёлое испытание – ожидание, когда твою жизнь ставят на кон и тебе только и остается смиренно смотреть на крутящееся колесо Фортуны. В это мгновение хочется выкрикнуть: «Стойте, остановитесь! Так нельзя! Это бесчестно!»
Прошло несколько часов, так мне показалось. Внезапно дверь открылась, Галина Борисовна выглянула из кабинета и попросила меня зайти. Матвей похлопал по плечу и пожелал удачи.
Кабинет был небольшой и очень уютный. Каждая деталь интерьера смотрелась очень органично. Даже углы совещательного стола, имевшего форму буквы «Т», были закруглены. Всё это располагало к мирному диалогу, мне верилось или хотелось верить в положительный исход моего вопроса.
Я пробежался по основным вехам своей биографии, цели прибытия в Вологду, утаив лишь то, как я ее достиг. Сказал, что меня пригласили на просмотр в футбольную команду.
