Локоны аккуратно спадали на плечи подруги. Она редко собирала волосы и сейчас решила не изменять себе. Кэт с сочувствием улыбалась. Но было в ее глазах что-то оскорбляющее меня. Да, я отошел от бизнеса и давно не занимался им. Но все равно было обидно видеть, что Кэт только ждет случая, чтобы уколоть меня этим и показать свое превосходство надо мной.
— Переманив большую часть людей с заманчивыми перспективами на сотрудничество, мы вставим палки в колеса Беррингтону, и многие будут выступать против его главенства над оставшимися членами семьи Беррингтон, а их по пальцам одной руки можно пересчитать, и тем более над их семейным бизнесом. С ним никто не захочет заключать сделок, и это поставит его в тупик. И тут даже связь с семьей Альтман станет бесполезной.
— Но этот кусок дерьма все равно будет главой дома, — выдохнул я.
— Что он будет за глава, если у него не будет поддержки влиятельных партнеров? — спросила Катерина. — Такими темпами, он просто уйдет из чистого бизнеса и уже не сможет прикрывать им свои грязные делишки.
Я усмехнулся, но в глубине души все еще сохранялись сомнения.
— Как тут наша красавица? — спокойно спросила Кэт, падая на свободное кресло рядом с Сатио.
— Как видишь, она живее всех живых, хотя давно должна была подохнуть, чтобы хоть как-то искупить свои грехи.
— Сати, пожалуйста, — устало вздохнул я.
Напарник опустил глаза, но я видел, что вины и смущения он не испытывает.
— Хорошо, но не жди от меня хоть капли сочувствия и уважения к ней. Она его не заслужила, особенно после того, как наставила пистолет в сторону моей семьи. Она подняла оружие в нашем доме и готова была выстрелить, если бы не ее обморок от кровопотери. Моя мама столько сил потратила, чтобы ее спасти…
— Сати, — спокойно позвал я друга.
— Что, Ал? — так же спокойно спросил напарник.
Мы молча смотрели друг на друга. Катерина старалась не вмешиваться, но ее руки выдавали беспокойство и неловкость. Она сжимала и разжимала кулаки, не отрывая от них глаз.
— Ну все, мальчики! Брейк! — воскликнула подруга. — Сати, Алан прав. Мы не в праве сейчас судить ее за поступки, совершенные под влиянием гнусного человека! Конечно, ее это не оправдывает. Она и сама чувствует вину…
— Правда? — протянул наиграно Сатио. — Как ты это поняла, позволь спросить? Может когда заглядывала в дуло пистолета, когда она направила его в твою сторону? Или ты поддалась ее очарованию так же как этот придурок? Или может твой разум затуманил жалостливый рассказ Штейна о запутавшейся крестнице, которую надо спасти во что бы то ни стало?
Тон напарника немного сбил спесь с ораторского настроя Катерины, но наша подруга быстро вернула прежнее воинственное настроение. Ее взгляд стал суровым и властным. В такие моменты я старался всегда уйти от разговора с ней. Кэт становилась холодной и бескомпромиссной. Спорить с ней было бы пустой тратой времени. Все равно в таком споре она вышла бы победителем, несмотря ни на что. Предполагаю, так произойдет сейчас и с Сатио. Каждый кто знакомиться с Катериной рано или поздно проходит через это.
— Сатио, — Кэт тяжело вздохнула и откинула волосы назад. — Рейчел действительно запуталась. Не стоит так категорично относиться к ней и ситуации, что сложилась вокруг нее. Напомню, что дело касается далеко не только взаимоотношений между Ричардом Беррингтоном, Теодором Штейном и Рейчел Беррингтон. С этой историей связаны мы все: кто-то в большей, кто-то в меньшей степени. Стефан, Алан, твой отец, Додвелл, да даже я и Наташа. Стефан был убит, потому что вышел на след Ричарда в деле об убийстве родителей Рейчел. Более того, оказалось, что Ричард имеет прямое отношение к делу с нелегальными поставками оружия и угрозе безопасности Швеции, над которым отец Алана работал несколько месяцев.
— Кэт, — хотел я прервать подругу, но она вскинула руку даже не посмотрев в мою сторону, и заставила меня замолчать.
— Алан каким-то невероятным чудом выслеживал неуловимую наемницу, которая была нанята своим дядей для убийства Штейна. Теодор же в свою очередь связан как с отцом Алана и с семьей Рейчел, так и с твоими родителями между прочим! Все мы замешаны в этом! И все мы плывем в одной лодке! Если говорить конкретно о Рейчел…
Катерина тяжело вздохнула, переводя дыхание и подбирая слова.
— Она росла в жестоком мире обмана, лжи и манипулирования. Сначала Маринетт Беррингтон скрывала ее ото всех и не давала узнать об истинной причине гибели родителей. А ведь Рейчел была в той машине! Только представь какая у нее психологическая травма! Я предполагаю, что именно эта травма и подпитывает ее упрямство в отношении Штейна. Она просто не может остановиться. Хотя… Думаю после всего произошедшего, когда ей таким жестоким образом открыли глаза, прояснили сознание… Думаю, сейчас мы сможем до нее достучаться.