Я в ступоре смотрела на Гардену. Моя жизнь, в обмен на жизнь Асамина? Крики нарастали, и я снова повернула голову, ища выход из этого безумия. Любовь. Ключ ко всему - любовь? И если я умру, он получит мой дар крови? А я? Смерть или жизнь? И я представила, что его нет. Нет в моей жизни. Что он умер, оставив меня свободной и...одинокой. Чувство, поселившееся в сердце, давило тяжёлым камнем, а в горле застрял ком, мешая нормально дышать. Даже если я останусь жива, смогу ли жить без него? Ответ был слишком очевиден. Я опустила голову. Бабушка... как она будет одна, без меня? И на этот вопрос разум тут же дал подходящий ответ. Амирра! Даже если что-то случиться со мной, у бабушки есть Амирра. Тело расслабилось, слёзы в глазах растаяли так и не успев пролиться. Я знала ответ. Асамин будет жить! А я обрету наконец свободу, не смотря на то, что потеряю при этом жизнь.
- Сделай это. Спаси его.
Гардена задрожала от облегчения и рукой указала на клинок трезубец, покоящийся в ножнах на моём бедре.
- Ты сама. Сама должна сделать это, своими руками. Я... лишь немного помогу тебе.
Мать Асамина подошла вплотную ко мне, и обхватила своей ладонью мою руку, уже сжавшую рукоять клинка.
- Просто, думай о нём...
Асамина трясло. Руки слабели, сил почти не осталось, а по лицу струился холодный пот. Что это с ним? Неужели, рана на теле столь серьёзна, что он не сможет закончить бой? Беспокойство прочно засело в душе. Сугир продолжал нападать, а он лишь отбивался, стараясь не думать о боли. Силы стремительно таяли, дыхание из груди вырывалось резкими толчками, рваное, затрудненное. Кулаки давно онемели, чувствительность пропала, а костяшки украшало множество рассечений. Но хуже всего было телу, которое, налилось свинцом, и вообще отказывалось подчиняться. Он стал пропускать даже самые очевидные удары, и теряясь в пространстве, от головокружения, снова и снова промахивался. К счастью, желания сдаться всё ещё не возникло.
Сугир видел, что яд начал действовать, ведь движения Асамина уже стали неловкими, потеряли твердость и напор. Осталось немного. Скоро этот выскочка сдохнет, а он получит в полное своё распоряжение чистокровную и весь Ихарион. Больше никто не посмеет бросить ему вызов, и всё будет как всегда. Власть, сила, и право первого голоса! Сугир приблизился и ударил в последний раз. Асамин упал, а на земле остались отчётливые следы от его тела. Властитель Зантара ухмыльнулся, делая шаг и наступая на этот след, будто хотел уничтожить любой намёк на существование Верховного Ихариона.
Асамин лежал с закрытыми глазами. На его лице темнели следы крови, скула припухла и налилась ярким багровым оттенком. Сугир и сам был "раскрашен" не хуже, но это не он лежал сейчас побеждённый. Присев на корточки перед Асамином, он наклонился и тихо прошептал:
- Всё, что ты имел станет моим. Все! И она тоже...
Первый Верховный знал, что властитель Ихариона слышит его. Улыбка победителя мелькнула на холодном аристократичном лице, глаза сверкнули в предвкушении победы.
Толпа гудела, вскрики раздавались со всех сторон. Неужели, им жаль этого полукровку? А... ему-то, какое дело? Он выполнил то, что хотел, а дальше... его ждет замечательный приз.
Асамин чувствовал как сердце бьётся всё медленнее и медленнее. Внутренности скрутило в тугой узел, и в теле будто поселился кровожадный монстр пожирающий его изнутри. Дышать было тяжело, и он чувствовал, что умирает. Нет. Наверное, он уже умер. Больно... Сколько минут прошло, он не знал, а может это были всего лишь секунды...
Сугир медлил, дожидаясь, пока Асамин сам испустит дух. Но астар всё ещё дышал, пусть еле еле, но дышал. Первый Верховный начал злиться.
- Да когда же ты сдохнешь?
Всматриваясь в лицо Асамина, Сугир замер, не решаясь поверить в то, что произошло дальше.
Асамин умирал, когда боль вдруг перестала терзать его тело. Зато появилась другая боль. Его сердце заколотилось словно сумасшедшее, а в душе разлилась пустота. Чего-то не хватало. Какой-то искры, теплоты, которая была в нём ещё утром. Зато он смог открыть глаза. Несколько раз моргнул, приподнялся на локтях, встретив ошеломлённый взгляд Сугира. Боли не было, сила вернулась, и всё же...
Сугир подобрался, намереваясь закончить то, что начал. Если Асамин не умер от яда, он просто забьёт его до смерти. Пальцы, сжатые в кулак, напряглись. Он замахнулся... и, услышав пронзительный свист, замер. Медленно повернулся туда, куда во все глаза таращился Асамин. То, что предстало взгляду Сугира повергло его в шок.
