- Гардена приказала мне избавиться от твоего тела, так как думала, что ты умерла. Представь, как я удивился, когда заметил ,что ты дышишь. Просто, это настолько невероятно... Чистокровные не выживают после потери стихийной магии. Тем более, что она накрепко привязана к их крови. Но ты - особый случай, потому что до сих пор жива. Единственное, что возможно тебя огорчит, это то, что ты теперь выглядишь несколько иначе.
- Что ты имеешь в виду? - я смотрела на Гриса, который, плавно поднялся и подошёл ко мне. Коснувшись моих волос, астар пропустил мягкие пряди сквозь пальцы и приподнял их так, что мне стал отчётливо виден каждый волосок, зажатый в его кулаке, и переливающийся чистым черным цветом.
Я вздохнула, и улыбнулась. Астар застыл, в изумлении глядя на мою реакцию. Было видно, что он ждал вовсе не улыбки. Возможно, для него предпочтительнее и привычнее оказалась бы истерика.
- Тебе всё равно? - Грис задумался, глядя как улыбается чистокровная.
- Я счастлива. Больше не придётся контролировать каждую свою эмоцию, для того, чтобы мои волосы не поменяли цвет. Наконец-то!
И хотя я немного лукавила, ведь моя необычная внешность всегда нравилась мне самой, но и чёрный цвет волос был мне к лицу. Так что, особого повода для паники у меня не было. Главная задача для меня на данный момент: это поскорее поправиться, и сбежать от прихвостня Гардены. Кстати...
- Скажи мне...а, Гардена знает, что я всё ещё жива и нахожусь на твоём корабле?
Астар вздрогнул и побледнел, а я поняла, что мать Асамина не в курсе дел своего нынешнего фаворита.
- Понятно. И что ты будешь делать, Грис? Вообще, не собираешься поделиться, с какой целью ты притащил меня сюда и куда всё-таки везёшь? Ты же вроде жаждал рассказать, или нет?
- Ты станешь моей гарантией. После всего случившегося и того, чему я стал свидетелем, Гардена вряд ли оставит меня в живых. Какие бы чувства она ко мне не испытывала, я свидетель её грязных делишек, а значит, жить мне осталось недолго. Но ты... если я оставлю тебя в живых и спрячу, ты станешь моим гарантом неприкосновенности. Гардена не тронет меня, пока ты остаёшься в моих руках. Она побоится гнева сына. А Асамин, если узнает о делишках своей мамаши, совсем не обрадуется. Поверь мне, я знаю Верховного. А с теперешней силой, его стоит опасаться.
- Асамин... он жив? С ним всё в порядке? - я почувствовала как в носу защипало от эмоций, что захлестнули меня, стоило мне только подумать о Верховном.
- О... а я всё гадал, когда же ты спросишь? Да, что ему будет! Силищи у него теперь немерено, ты своей любовью ему такой подарочек преподнесла... любой позавидует. Видела бы ты лицо Гардены... Она умчалась на трибуны с такой скоростью... Видно, не терпелось убедиться в том, что её сыночку достались твои способности. Так спешила, что даже не проверила, жива ли ты. Но я позаботился о том, чтобы она получила высушенное тело чистокровной. Правда, для этого пришлось спешно навестить один из общественных крематориев Ихариона и отвалить кучу наличных местному работничку. Зато, теперь все будут уверены в твоей смерти на сто процентов. А я, спрячу тебя в своей резиденции в Зантаре.
- В Зантаре? Мы что, летим в Зантар? - моему удивлению не было предела. Одна из стран Собора! Более того, столица Собора! И как, интересно, он собирается прятать меня там?
- Да, дорогая, в Зантар мы и летим. Видишь ли, у меня там свой лит. Моя мать была родом из Зантара и её дом всё ещё принадлежит мне. Так что... погостишь у меня, пока не поправишься, а после, я сам решу что с тобой делать. Возможно, я даже отпущу тебя... всё равно по всеобщему мнению - ты уже мертва. А Гардена, даже если и узнает от меня о том, что ты жива, ни за что не проболтается об этом ни одной живой душе. Иначе... сама понимаешь, Асамин её уничтожит.Единственная опасность для нас с тобой сейчас, это не попасть на глаза наёмникам Гардены, иначе, мы не проживём и часа.
Я задумалась, представляя собственную свободу, и возможность жить, как и прежде жила, но упрямое сердце тут же запротестовало. Не-ет, как же я смогу жить без него?! Я умру. Снова умру, только на этот раз от душевных мук, а не от удара кинжалом.
Тело чистокровной нашли только к вечеру. От прежней красавицы не осталось ничего, кроме высушенной черной мумии. Фачири безутешно рыдала, проливая потоки горьких слёз, и спалив огнём практически всю мебель в комнате. Амирру выпустили из заключения вместе с Матео, и она тоже плакала. Вскоре, лицо полукровки так распухло от слёз, что некогда прекрасные глаза, заплыли.
А Асмин, после победы на турнире просто заперся в своих покоях, и никто так и не осмелился к нему войти. Сугир отправился в лазарет. Клинки, охранявшие Наитриль, были взяты под стражу и со смирением ожидали своей участи. Кана, узнав обо всём, попытался вырваться из палаты, заставив медиков поволноваться. Но капитана Клинков не пустили, заперев на несколько запоров и оставив при нём самую уравновешенную сестру.
