Конечно, я знал, что они никогда не согласятся на эту сумму. Но в штаны они все-таки наложили — потому что уже на следующий день мне поступило встречное предложение о тридцатить пяи тысячах. Томсон говорит, что это их абсолютно окончательное предложение, но я почти уверен, что смогу выбить из них сорок…
Тридцать пять меня вполне устроит, — сказала я. — Честно говоря, я не думаю, что мне следует принимать эту новую сумму.
Почему нет, черт возьми? У Греев есть деньги. А с медицинской точки зрения они отчасти виноваты в том, что с вами произошло. И для них такой вариант соглашения вообще идеальный. Разом откупившись от вас, они избавляются от дальнейшей ответственности… вы ведь именно этого хотели, не так ли?
Да, но… я согласилась на сумму в двадцать пять тысяч.
Это пока вы не наняли адвоката. И поверьте мне как профессионалу:
Даже не знаю, что сказать.
А ничего не говорите. Просто возьмите деньги… и не стыдитесь этого.
По крайней мере, позвольте мне заплатить вам больше, чем сто двадцать долларов.
Зачем? Это моя ставка.
Спасибо вам.
Нет, это вам спасибо. Я получил чертовское удовольствие, одержав наконец победу над этим чертовым Эдвином Греем. Соглашение пришлют мне завтра, так что я позвоню, когда оно будет гоово к подписанию. И кстати, еще одна маленькая и тоже хорошая новость: они заплатят вам тридцать пять тысяч сразу же, при условии, что вы не будете оспаривать условия развода.
С чего вдруг я захочу их оспаривать?
То же самое сказал и я. Итак, договорились. Вы довольны?
Счастлива.
Не обольщайтесь. Вы позволите дать вам маленький совет мисс Смайт?
Пожалуйста.
Как принято говорить у нас в Бруклине, потратьте деньги с умом.
Я последовала этому совету. Когда через месяц поступил платеж, я положила деньги на банковский счет и занялась поиском квартиры. Потребовалась всего неделя, чтобы найти то, что я искала: солнечная квартира на первом этаже особняка постройки прошлого века, на углу 77-й улицы и Риверсайд-драйв. Квартира была просторная, с тремя светлыми комнатами, высокими потолками, деревянным полом. К гостиной примыкал небольшой альков, который идеально годился под кабинет. Но «изюминкой» квартиры — вызвавшей у меня немедленное желание приобрести ее— было наличие собственного садика. Да, пусть он представлял собой заплатку десять на десять из щербатого камня и жухлой травы, но я заранее знала, что смогу преобразить его. Только предстоит иметь собственный садик в центре Манхэттена — островок зелени посреди стекла и бетона. Ну и что ж, что стены квартиры были оклеены коричневыми цветастыми обоями. И кухня была старомодной — с антикварным холодильником, который, вероятно, требовал регулярных визитов мастера. Но агент по недвижимости сказала, что хочет сбросить триста долларов с запрашиваемой цены в восемь тысяч, чтобы компенсировать мне необходимые переделки. Я попросила ее прибавить к этой цифре еще двести долларов, тогда мы договоримся. Она согласилась. Поскольку это был городской особняк, мне не требовалось согласие совета жилищного кооператива. Ежемесячная квартплата составляла двадцать долларов. Я снова обратилась к Джоэлу Эбертсу, поручив ему заняться юридическим оформлением сделки. Расплатилась я наличными. И уже через неделю после того, как впервые увидела эту квартиру, стала ее хозяйкой.
Моя сестра, оказывается, частный собственник, — лукаво произнес Эрик, когда оглядывал мою будущую квартиру за несколько дней до того, как сделка состоялась.
Даже не представляю, какие обвинения посыплются дальше. Наверное, назовешь меня буржуем-капиталистом.
Я не с идейных позиций, а лишь в порядке насмешки. Есть разница, ты знаешь.
В самом деле? Ни за что бы не подумала, товарищ.
Шшш…
Да брось ты свою паранойю. Я сомневаюсь в том, что мистер Гувер напичкал «жучками» эту квартиру. Тем более что предыдущей владелицей была безобидная старушка латышка…
Для Гувера каждый человек — потенциальный ниспровергатель. Ты разве не читала, что творится в Вашингтоне? Кучка конгрессменов вопит о том, что красные уже в Голливуде. Призывают создать комиссию по расследованию проникновения коммунистических идей в индустрию развлечений.
Это касается только Голливуда.
Поверь мне, если Конгресс начинает охоту за коммунистами в Лос-Анджелесе, очень скоро они перекинутся на Нью-Йорк.
Как я уже тебе говорила, если вдруг это и случится, все, что от тебя требуется, — это сказать им о том, что ты вышел из партии в сорок первом, и от тебя отстанут. Как бы то ни было, ты всегда можешь напомнить федералам, что у тебя есть
Очень смешно.
Скажи мне прямо, Эрик: тебе нравится эта квартира?
Он оглядел пустую гостиную:
Да, в ней есть огромный потенциал. Особенно если ты избавишься от этих восточноевропейских обоев. Как ты думаешь, что отображают эти мотивы? Весну в Риге?
Понятия не имею, но они исчезнут вместе с кухней, прежде чем я заселюсь сюда.
Ты уверена, что хочешь жить в Верхнем Вест-Сайде? Я хочу сказать, место здесь уж больно тихое.