Первое время Софи недовольно ворчала, что ничего не понимает в артефакторике, что такое сложное задания несправедливо мало оценивается, и вообще, пока мы с этой ерундой возиться будем, другие наберут кучу очков. Но я был непреклонен.
К огромному моему сожалению, мы были не в Вайрихе, и тут нет моей удобной мастерской со всеми необходимыми приспособлениями и инструментами, так что работать придется почти на коленке. Но в данном случае это не страшно: судя по техническому заданию, корпус артефакта уже собран, а от нас требуется лишь создать управляющий контур, вложить защитные чары и зарядить на десятую часть накопители изделия.
Мы расположились у меня в комнате, и я распаковал заготовку:
— Криворукие кретины! Нет, ну ты только посмотри! Чем они собирали корпус? Ногами, что ли? — ругался я, рассматривая изделие.
— А что такое, Марк? Что-то не так с заготовкой? Такого просто не может быть, — голос моей напарницы сочился сарказмом и мстительностью.
— Вот, смотри: пятый дифференциал статического напряжения короче необходимого почти на половину дюйма! А восьмой должен быть в диаметре на треть больше, а тут он такой же, как и все остальные. А это вообще никуда не годится: центральная ось катушки индукционной разряженности Бредберри-Стругацких наклонена относительно главного кристалла на тридцать пять градусов вместо нужных тридцати трех с половиной.
— Эммм... А как ты померил угол?
— Да это же и так видно! — я походил из угла в угол, успокаиваясь. — Ладно, сам виноват — надо было помимо документов ещё и на само изделие посмотреть. Похоже, за день не управимся. А еще придется покупать инструменты, чтобы выполнить работу.
— Марк, скажи, пожалуйста, а артефакт разве работать не будет, если его закончить с такими несоответствиями?
Меня аж передернуло от негодования: вот как можно задавать такие вопросы? Проявив всю свою волю, я сдержал рвущийся с языка ответ, что Марк Мейс не лепит брака, и буркнул:
— Будет... Только на семьдесят пять процентов от расчетной мощности... В лучшем случае. Но я такую работу делать не буду, — решительно махнул рукой. — Ладно, я пошел за инструментами.
— Постой. Я кое-что понимаю в трансфигурации. На что-то масштабное у меня не хватает энергии, но такие изменения я осилю, — голос Софи стал деловым и серьезным. — У тебя же есть медные монеты? Используем их для наращивания материи там, где это понадобится. В любом случае так получится дешевле, чем набор инструментов покупать.
И мы приступили к работе: я подробно показывал и объяснял, что надо сделать, а Софи корректировала заготовку. Под её влиянием метал менялл форму, занимая идеальное местоположение. Больше всего пришлось повозиться с катушкой индукционной разряженности, но совместными усилиями мы справились.
Когда закончили с корпусом артефакта, я принялся за печати, а Софи достала паспорт изделия и стала скрупулёзно записывать все внесённые нами исправления. Между прочим, в паспорте были указаны имена мастеров-сборщиков: некто Николя Маакрон и Олоф Бербоок. Столичные мастера, а творят такое непотребство! И я постарался запомнить имена этих бракоделов, чтоб случайно не приобрести что-нибудь их производства. Сделав все записи, девушка принялась за зарядку кристаллов до необходимого уровня. Пару раз мы сделали перерыв в работе, чтобы перекусить и восполнить силы. В общем, к вечеру работа была завершена, и я испытал то самое чувство наслаждения от хорошо сделанной работы.
— А ты молодец! Не только кулаками махать умеешь, но и мастерить кое-что, — вроде бы похвалила меня напарница. Вот только интонации, с которыми это было сказано. Хм...
И тут я вспомнил, что хотел сделать, и отправился рыться в своих сумках. Достав старый автоматический браслет-накопитель, я принялся снимать с него привязку — он был всё еще настроен на меня. Девушка с интересом наблюдала за моими действиями.
— А что это такое интересное ты делаешь?
И я объяснил, что делаю и как работает мой накопитель, впрочем, не вдаваясь в подробности. Сообщил, что на время нашего партнёрства даю его ей в пользование, а когда она «пойдёт своей дорогой», то вернёт мне его.
Девушка согласилась с моими условиями, и сделала вид, что пошла мне на уступку, позволяя "нацепить на себя побрякушку", однако я видел, как загорелись её глаза. Процесс привязки нового хозяина длительный. За два часа настройки амулета мы выясняли, кто что умеет и какими заклинаниями предпочитает пользоваться. Я узнал, что у девушки уникальный коэффициент сродства со стихией огня — 0,92 ещё четыре десятых, и она могла бы повелевать огнем без плетения заклинаний, одним усилием воли, зато ни одна другая стихия или школа не была у нее выше 0,24. Да у меня лечение на уровне 0,3, для сравнения моё сродство с воздухом —0,85, а со светом — 0,8, третья стихия в моем арсенале — холод — 0,68. Про магов с единицей никто не знал, но было мнение, что на таком уровне человек сам становится стихией, а точнее — сильфидой, духом стихии.
