— А может, просто устроить небольшой подкоп под наковальню? — предложил Борис.
— Да, но когда мы будем это делать? У нас осталось тридцать пять минут. Да и следы подкопа мы вряд ли сможем скрыть.
Борька стал нервно ходить туда и сюда по кузнице.
— Успокойся, Борис, — сказал Адольф Руфимович. — Давай рассуждать логически. Что в этой кузнице могло остаться с восемнадцатого века без изменений? Сами стены кузницы, жаровня и пол, вернее, подпол. Все остальное могло быть подвергнуто реконструкции. Поэтому сейчас я внимательно осмотрю все стены, ты, Борис, займешься жаровней, а Геннадий поползает по полу. Уж не обессудь, Геннадий!
— А что мы должны искать? — спросил Генка.
— Все, что угодно, — ответил профессор. — Иного выхода у нас все равно нет.
И все трое принялись за тщательный осмотр.
— Осталось пятнадцать минут, — сказал Борис, глядя на часы.
— У меня ничего, — хмуро произнес профессор Шварц.
— У меня тоже, — присоединился Борька. — Ген, что у тебя?
— Я же вам не поисковая машина, — сказал Генка, ползая на коленях по полу возле жаровни.
Наконец он вплотную подполз к стене, у которой размещалась жаровня, и прямо там — между жаровней и полом — увидел углубление.
— Смотри-ка, это что такое? — сказал Генка сам себе. — Наверное, мышиная нора. Терпеть не могу этих животных. Надеюсь, они меня не укусят…
Так, рассуждая вслух, мальчишка засунул в углубление палец и воскликнул:
— Борька, профессор! Здесь что-то есть! Рычажок какой-то!
Борис и Адольф Руфимович немедленно кинулись к Генке, но тот уже успел нажать на рычаг. Раздался громкий щелчок, и постамент с наковальней плавно отъехал в сторону.
— Смотри-ка! — восхищенно пробормотал Генка.
Борька подошел к месту, где только что стояла наковальня. Там оказалось небольшое отверстие, в котором лежало нечто, напоминающее яйцо. В этот момент раздался стук в дверь.
— Профессор, — раздался голос кузнеца, — ваше время вышло. К тому же скоро подъедет группа туристов, мне нужно подготовиться!
Борис быстро нагнулся, вытащил «яйцо» и спрятал его в карман. Генка снова нажал на рычаг, а профессор Шварц принялся громко кашлять, чтобы заглушить щелчок.
— Иду, иду, — громко сказал он.
Борис в это время внимательно осматривал постамент с наковальней. Никаких следов того, что тот двигался, заметно не было. Генка встал с пола и отряхнулся. Профессор Шварц открыл дверь. Вошел кузнец, подозрительно осматривая все вокруг. Ничего не обнаружив, он спросил:
— Ну как, вы написали очерк о нашей кузнице?
— Почти, — замялся Адольф Руфимович, — нужны еще кое-какие доработки. Спасибо огромное за сотрудничество!
Он пожал кузнецу руку. Тот улыбнулся и сказал:
— Пожалуйста! Решите с кем-нибудь обвенчаться, милости просим к нам!
Генка и Борис зафыркали, а профессор Шварц криво усмехнулся и ответил:
— Обязательно!
После этого Борька прихватил рюкзак, они вышли из кузницы и направились в гостиницу. Они не вошли, а буквально вбежали в номер Адольфа Руфимовича, так им не терпелось рассмотреть свою находку. Борис достал «яйцо» и передал его профессору.
— Хм, — сказал тот, — шкатулка в форме яйца! Тонкая работа. Смотрите, какой витиеватый узор идет по поверхности!
Генка и Борис уставились на шкатулку, но никакого особенного впечатления она на них не произвела.
— Адольф Руфимович, как бы ее открыть? — робко произнес Борька.
— Сейчас, молодой человек… А вот и замок!
— Где? — в один голос крикнули мальчишки.
— Вот, видите маленькая дырочка? Дайте-ка мне что-нибудь остренькое.
Генка порылся у себя в рюкзаке и извлек булавку.
— Подойдет? — спросил он.
— Сейчас посмотрим…
Профессор Шварц взял булавку, открыл ее, вставил острый конец в отверстие и слегка надавил. Послышался щелчок, и одна половинка «яйца» слегка приподнялась над другой.
— Получилось! — заметил профессор.
Он вернул булавку Генке и очень осторожно открыл шкатулку. Внутри лежал свернутый листок бумаги. Адольф Руфимович развернул его и сказал:
— Тот же почерк — почерк Линн!
Он погрузился в чтение, а потом произнес:
— Итак, здесь написано:
«Ты нашел первый след, Идущий за мной!
Второй след оставлен на камне босоногим монахом. Если встать спиной к этому камню и отсчитать шестнадцать шагов в направлении уходящего солнца, то найдешь след третий…»
— Очередная загадка, — хмыкнул Генка.
— Босоногим монахом, босоногим монахом… — забормотал Адольф Руфимович. — А вы знаете, ведь есть такая легенда. О том, что черт как-то поспорил с монахом. Причину их спора я не помню, но только черт взял огромный камень и кинул в монаха. А след от удара об его пятку якобы так и остался на камне. С тех пор камень стали называть «пяточным камнем».
— О, нам это как раз подходит! — радостно воскликнул Борька. — И где это место находится?
— Не так далеко отсюда. Ведь это одна из легенд о знаменитом Стоунхендже.
— Замечательно, теперь у нас есть следующий ориентир! — восторженно произнес Борис.
— Что ж, если нас больше ничего здесь не держит, то я пошел на железнодорожную станцию — узнавать расписание поездов, — сказал профессор Шварц.
— А мы немножко отдохнем, — вставил свою реплику Генка.
