С трудом дыша, женщина смотрела, как девушка быстро ест отваренную перловку. Когда в миске осталось меньше половины, девушка с удивлением подняла взгляд на Ангелину, и та, сжав губы, отошла в угол комнаты.
Дита кашлянула. Прикрыв ладошкой рот, она отодвинула тарелку.
— Мне плохо, — проговорила она.
— Может, тебе поспать? — Предложил Бэн, подталкивая ее к постели.
Дита оттолкнула его, пытаясь направиться к дверям, но, пошатнувшись, упала на пол. По всему ее телу прошли судороги, и девушку вырвало.
— Дита! — Бэн подскочил к ней, испуганно пытаясь поднять и усадить.
Девушка с трудом дышала.
— Отпусти! — Она вновь попыталась подняться, отталкивая Бэна и спеша уйти.
— Что с тобой?! — Бэн в панике сжимал ее, и Диту снова вырвало.
— Может, и вправду отправить ее домой? Тремеры разберутся, — тихо произнесла Ангелина.
— Мне надо в капеллу! — Повторила Дита.
Бэн отошел от нее, оставляя, но девушка уже не могла подняться. Юноша стоял над ней, не понимая, что случилось.
— Что происходит, что с ней? — Бэна трясло.
Не зная, что предпринять, он попытался усадить подругу, но у Диты начались судороги, ее подергивало, и она более не отвечала.
Подхватив ее на руки, Бэн бросился к дверям.
— Отнесу ее в капеллу! — Сказал он, но, быстро передумав, подхватил свою сумку. — Нет, лучше к Катерине!
— Я с тобой! — Ангелина помогла ему надеть сумку и, выбросив остатки каши, вышла следом.
Добравшись до лошадей, Ангелина быстро оседлала их и подала бледное тело Диты, когда Бэн был готов к отправке. Забравшись на свою кобылку, она нервно сжала кулаки. Дорога до Шарлоттенбурга займет более сорока минут. Переживет ли эту поездку Дита – неизвестно. Но в глубине души Ангелина надеялась, что нет.
К Шарлоттенбургу они прибыли в полдесятого. Вампиры еще не пробудились, но гули Сенешаля беспрепятственно пропустили их. Катерина спала в отдельной комнате, вероятно, вернувшись слишком поздно, когда Вильгельм уже уснул. Она решила его не беспокоить. Бэну тоже не хотелось тревожить сон госпожи, но Дита на его руках не подавала никаких признаков жизни, и он, осторожно постучав, вошел в ее покои.
Катерина спала как настоящий мертвец, сложив руки на груди и вытянувшись на полу, Палач даже не забралась в постель. Бэн положил девушку рядом с вампиршей и осторожно коснулся бледного лица Катерины.
— Она так прекрасна, — произнесла шепотом Ангелина, садясь рядом.
— Не могу ее разбудить.
— Подождем, Катерина скоро сама проснется. А Дите уже не помочь.
Бэн взглянул на подругу и, подтянув к себе, прижал.
— Как же так, — вздохнул он, целуя в бледный лоб. — Когда она приехала, то выглядела неважно, но потом ей стало совсем плохо. Что Тремеры с ней делают... — Юноша провел рукой ей по щеке и шее. — Не чувствую ее пульса! — С тревогой заметил он.
Он стал с силой прикладывать пальцы к ее сонной артерии и ухо к груди. Сердце принцессы билось с трудом, но все же она была еще жива.
— Какого черта вы тут шумите, — проворчала Катерина, просыпаясь. — Который час?
— Простите! — произнесла Ангелина. — Еще нет десяти.
— Дите стало очень плохо, — объяснил Бэн.
— А я-то тут причем? Вези ее к Тремерам.
— Обычно вите помогает ей от всего. Я надеялся, вы покормите ее, — опустил голову слуга.
— Покормлю, — кивнула Палач, — и сама поем.
С довольным видом она потянула к себе руку смертной, намереваясь выпить ее крови.
— Нет! — закричала Ангелина.
В ее глазах был такой ужас, что Катерина остановилась и удивленно взглянула на женщину.
— Ее кровь отравлена, — с трудом выдавила она.
— О чем ты? — удивился Бэн.
— Я отравила ее, — опустив голову, объяснила Ангелина.
— Но зачем!? — Еще больше удивился Бэн и гневно вглянул на сестру.
— Выйди! — Крикнула на юношу Катерина. — И Диту забери. Потом разберусь!
Слуга покорно кивнул и, подобрав с пола еле живую девушку, выбежал из покоев Катерины.
— Что это за шутки! Ты же знаешь, что магичка мне нужна! А если она умрет? — Катерина злобно зашипела на Ангелину.
Женщина сидела, опустив голову, и беззвучно плакала.
— Простите. Не могу выносить того, что она делает. Она читает ваши письма и передает их другим! Я не могу смотреть на нее, зная об этом!
— Прекрати! — Рявкнула на нее Катерина. — Ты снова заметила, как она что-то берет? — Чуть успокоившись, спросила Палач.
— Нет... Дита очень аккуратна. Но я знаю, что она это делает!
— Спокойно! — Катерина дернула слугу, заставляя замолчать.
Немного подумав, вампирша подняла ее за подбородок, заставляя гуля смотреть себе в глаза.
— Расслабь создание, позволь мне повлиять на твои мысли.
Ангелина кивнула.
— Я плохо с этим справляюсь, так что тебе придется мне помочь. Самой открыться и отдать мне то, что я прошу.
Смертная снова кивнула и, вытерев слезы, посмотрела в глаза госпожи. Катерина, сосредоточившись, смотрела на нее, пытаясь увидеть ее мысли, ее сознание. Дмитрий много раз объяснял, как это делать, но Палач на уроках вела себя как вздорная школьница, балуясь и отвлекаясь. Но гули – податливый и покорный материал. Ангелина провалилась в гипноз, легко открывая свои мысли.
