Все просто ждали подходящего момента. И Робин знал, что момент этот наступит очень скоро.
(Берлин, Prenzlauer Tor, военные казармы. 31 мая 1812 год) Суббота. (Бэн)
Ангелина после гриппа поправлялась долго. Даже кровь Катерины не помогла и у женщины началась пневмония. В конечном итоге Марианна вырезала Ангелине легкое, пообещав, что новое вырастет в течение десяти лет. Но это сильно ослабило слугу Палача. И хотя Катерина приняла решение не избавляться от больной, Ангелина была снята со всех сложных дел, и женщина теперь большую часть дня и ночи занимала письмами и мелкими поручениями от старших Вентру. Глеба и Глена Эрих приставил к Ангелине для возращения физической формы. Так же Бэн заплатил им приличную сумму, чтобы они обучали девушку боевым дисциплинам. Обучение проходило медленно, как Бэн подозревал по причине туповатости учителей. Но Ангелина менять ничего не хотела.
Гули Палача теперь посещали общие тренировки Анжело, что подняло их статус и позволило присосаться к общей кормушке. Бэн получал плату за обучение молодняка и Ромео помог наладить ему бизнес по производству шелковых тканей. Теперь прибыль гуля Палача составляла около пятидесяти марок в год, что было более чем достаточно для скромного образа жизни двоих.
После длительной холодной и голодной зимы наступающая весна преобразила Бранденбург миллиардами цветов. Город цвел, и люди воодушевленные такими дарами природы так же цвели.
Проводив госпожу до Шарлоттенбурга, Бэн забрал у госпожи грязную одежду и почистил ее у реки. Температура воды была более десяти градусов и юноша с удовольствием искупался. Заскочив в тремерскую капеллу, Бэн купил завтрак для себя и Ангелины и, войдя в казарму, с довольным видом поставил корзину на стол перед сестрицей.
Женщина не встретила его приветливо, а вжала голову в плечи, отводя взгляд. Бэн сразу напрягся, чувствуя, как расстроена напарница и сел перед ней. Ангелина была очень бледна, после болезни ее темная кожа казалась серо-землистой. Но сейчас она была бледнее обычного, и Бэн подумал, что она вновь заболела.
— Так, тебе надо срочно поесть и лечь в постель! — приказал он, вытаскивая из корзины съестное.
— Зачем? — мрачно спросила женщина и бросила на него сердитый взгляд.
Глаза у нее были покрасневшие, и Бэн решил, что у Ангелины очередная простуда.
— Я принесу горячей воды! — сказал он строго, — а ты пока поешь!
— Ничего мне не надо! — расстроено воскликнула женщина и всхлипнула.
Сведя брови, юноша пытался разобраться в настроении напарницы и, перестав суетиться, опять сел.
— Что-то случилось? — спросил он без особого интереса.
— Я…— Ангелина не хотела говорить с братцем, но скрыть своего настроя ей не удалось, и она стала снова всхлипывать. — Не хочу делиться с тобой, — прошептала она, начиная плакать.
— Так! — Бэн сразу стал серьезен. — Если ты больна, то должна мне рассказать чтобы я нашел тебе врача. Если у тебя проблемы, ты должна рассказать чтобы я их решил. Если ты сделала глупость, ты обязана рассказать, чтобы я предупредил Катерину!
— Я не больна, и ничего не сделала.
— Значит у тебя проблемы!
— Нет никаких проблем! Просто… — Ангелина стала растирать слезы.
Бэн смягчил выражение лица и подсел ближе, обнимая сестрицу. Женщина сразу обняла его в ответ и разревелась, показывая, что проблемы у нее все же есть. Но ей было стыдно признаваться в них.
— Я расскажу, если ты не будешь обвинять меня, смеяться надо мной и спрашивать лишнего! — Сказала она, вздыхая, и продолжила, не дожидаясь его ответа. — Мне неприятно об этом думать, поэтому я начну с начала, чтобы подготовить себя. — Женщина говорила быстро, не давая Бэну и слова вставить. — Когда я начала встречаться с Гленом, мы с ним договорились, что это будет просто соитие. У нас было много общих предпочтений, и мы договорились о некоторых условностях. Меня все устраивало, но пару лет спустя я стала замечать, что Глена стал замещать и Глеб. Они оба справлялись со своей задачей неплохо, и поэтому я решила оставить все как есть. И они были во много похожи, не считая того, что Глен ухаживал за мной, словно у нас какие-то серьезные отношения. Я научилась их различать очень быстро. У Глеба родинка на правой ягодице в виде желудя, а Глен немного картавит и языком прищелкивает. В общем, это заметно. И пару дней назад я случайно обронила это Глебу. Сказала ему, что меня вполне устраивает, что они оба со мной спят. Но Глеб понял все по-своему. И сегодня они встретили меня вдвоем. Я говорила, что такое не по мне. Что я так не хочу. А они не слушали. Не могу сказать, что все произошло насильно. Но и согласия я своего не давала! А потом эти идиоты еще руками разводили, мол, я сама сказала, что мне понравиться! А мне не понравилось! И я просила прекратить, просила оставить все, как было. Но эти ублюдки сделали все по-своему! — Под конец Ангелина вновь стала всхлипывать, а когда закончила свою речь разревелась с новой силой.
Бэн сидел задумчиво, пытаясь понять, чем была недовольна сестрица. Но раз она плакала, значит гули Шерифа были не правы.
