Однако есть одно свойство, одна черта, которая объединяет умных (или умно игривых) и тупых (или тупо игривых) людей. Это слово, которое почти на всех языках мира произносится одинаково – мама. Это божественное слово, это слово любви, это слово искренности.
– Ма-ма, – тупо скажет кто-то, перестав ковыряться в носу.
– Мамочка, мамулечка, – скажет умный пройдоха с придыханием.
– Мама, – просто и ясно произнесет искренний человек, осознавая в этом слове что-то божественное и космическое, породившее его и позволившее ему произнести это слово.
Мир противоречив, но в этом противоречии состоит его величие и единение, а также стремление через противоречие идти к прогрессу, бесконечному прогрессу.
– Если Вы согласны, чтобы с Вами был офицер связи, то я могу дать Вам китайскую визу, – сказал консул.
– Хорошо, – проговорил я, понимая, что другого выхода у меня нет.
Получив визы, мы приступили к непосредственным сборам в тибетскую экспедицию. Продуктами и прочим скарбом занимались в большей степени Сергей Анатольевич Селиверстов и Рафаэль Гаязович Юсупов, а мы с Равилем решили собрать побольше информации о священной горе Кайлас и прилегающем к ней районе.
Первым, кто рассказал нам о районе Кайласа, был некий Гелу Шерпа – молодой тибетец, в детстве иммигрировавший с родителями в Непал. С ним мы познакомились через англичанина по имени Тим, с которым как-то ненароком встретились и разговорились, проболтав за пивом о жизни часа четыре. Восторженный и романтичный Тим, в ком прослеживался дух англичанина – покорителя далеких стран, взахлеб рассказывал о достоинствах своего проводника во время трека по Гималаям – Гелу Шерпы, особо отмечая его глубокие знания по загадочному Тибету. Англичанин Тим отметил даже то, что Гелу носит косу, закрученную вокруг головы и закрепленную красной лентой с бахромой, из которых он каждый вечер во время трека услужливо выбирал вшей. Он, англичанин, будучи наблюдательным, подметил еще и то, что вши к вечеру имеют склонность переползать из волос на красную ленту с бахромой, откуда их легко удалить, всего-навсего постирав ленту с мылом. Тим предположил, что за месяц можно было бы всех вшей из головы Гелу переманить на ленту с бахромой и освободить тибетца от присутствия этой неприятной чешущейся братии. Вопрос о целесообразности мытья всей головы вместе с красной лентой англичанин Тим оставил без ответа.
Англичанин Тим и тибетец Гелу
Когда Тим познакомил меня с тибетцем Гелу, я тут же обратил внимание на эту красную ленту с бахромой.
– Вы, значит, тибетец? – спросил я Гелу.
– Да, я тибетец, – ответил он.
– Вы, говорят, были в районе священной горы Кайлас. Так ли это?
– Да, был там в… 1995 году и еще… вроде бы был, не помню.
– Так… Вы были там один или два раза?
– Ну… два. Но один раз я там точно был.
– А-а… И какой он – Кайлас-то?
– Полосатый такой.
– Как понять?
– Полосы на нем есть, много полос.
– А они какие – горизонтальные или вертикальные?
– Горизонтальные.
– Ступени что ли?
– Да, но по ним шагать нельзя, они слишком крутые. Ламы говорят, на вершину Кайласа забраться невозможно, потому что ступени сами сбрасывают человека, они кидают его…
– Куда?
– В пропасть. Ниже ступеней находится пропасть, глубокая пропасть. Туда ступени и сбрасывают человека. А падать там очень далеко. Долгим, говорят, полет бывает.
Ступени Кайласа сбрасывают человека в пропасть
– Что, кто-то пытался залезть на Кайлас? – недоуменно спросил я.
– Не знаю я. Но… Кайлас сбрасывал людей, точно, – ответил Гелу, почесывая затылок.
– А на вершине Кайласа кто-нибудь был?
– Были два человека.
– Кто они?
– Они? – Гелу опять почесал затылок. – Два йога – Бонпо и Миларепа. Но они по ступеням не шли, они залетели на вершину Кайласа.
– На чем?
– На музыкальном инструменте, похожем на домбру.
– Может, это был летательный аппарат, похожий на домбру?
– Ну… вертолет тоже похож на домбру.
– М… да…, – у меня тоже зачесался затылок. – И давно это было?
– Давно, очень давно. Тогда, когда люди около Кайласа начали только выходить на поверхность Земли.
– Откуда выходить? Из Шамбалы?
– Из страны снов, – уверенно сказал Гелу.
– Страна снов, – я о ней слышал в детстве, – вставился в разговор англичанин Тим, элегантно расчесывая свои волосы, – неужели эта страна…
– Страна снов – это страна, которую мы видим во сне, – перебив, декларировал Гелу.
– А какая она? – задал я вопрос.
– Большая, – уверенно ответил Гелу.
– А-а…
– Я очень часто вижу сны, очень часто, – послышался голос Тима.
– А что, по-вашему, находится на вершине Кайласа? – спросил я.
– Там место есть, где можно сидеть. Но… там могут сидеть только Боги, а не люди. Даже богоподобные йоги – Бонпо и Миларепа – были сброшены оттуда.
Много змей – мистических и обычных – может появиться на берегах Ракшаса
– Там, рядом с Кайласом, говорят два больших озера есть…
