Собиралась на ужин к графу я с особой тщательностью. Во-первых, под платье я надела вполне приличные штаны, чтобы в случае чего можно было избавиться от юбок, но не остаться голой, — вариант бегства я тоже учитывала. По случаю дождя я позволила себе сапоги — в них так удобно прятать стилет. В волосы вплела несколько струн, в ячейку браслета насыпала смертельно ядовитый порошок. Длинный зонтик прятал в себе клинок. В очередной раз пообещала себе всё-таки выучить боевые заклинания. А пока придётся обходиться без них.
Напоследок я глянула на себя в зеркало — невзрачное серое платье, украшения из серебра. Никто сходу и не опознает во мне герцогиню.
— Миледи, не хотите мне ничего сказать?
— Хочу. За мной обещали прислать слугу, он проводит меня до дома графа Эншери. Проследи за нами и дожидайся меня где-нибудь неподалёку. Зайти в какой-нибудь паб, я дам денег. Не нравится мне всё это, но я не могу никого взять на ужин.
— А что сказать господину Сеану?
— Что я пошла прогуляться.
— Я ему даже завидую — не замечать, что творится под самым носом, и спокойно спать в неведении….
— Ему бы и я завидовала, но тогда я не смогла бы выполнять свою работу. Увидимся позже.
Слуга графа проводил меня до его дома. Невзрачный такой двухэтажный домишко в небогатом (по моим меркам) районе Мэддорна возле реки, хотя из окон наверняка открывался неплохой вид на мосты. Идти — минут двадцать от моего особняка.
Поднявшись на крыльцо, слуга постучал с особым ритмом. Дверь тут же открыли.
— Добро пожаловать, Ваше Сиятельство. — Дворецкий графа почтительно поклонился. — Позвольте ваш плащ. Вас уже ждут за столом.
Я прошла по коридору. Что сказать, обстановка не поражала великолепием. Старый паркет, паутина по углам, изредка поблёскивающая в свете коптящий свечей. Ни вкуса, ни стиля. О да, я избалованная девочка.
В столовой — не намного лучше.
— Добрый вечер, — встав, сказал граф Эншери. — Рад, что вы не передумали.
— Как можно…
— Простите за скромную обстановку, но я совсем недавно приехал из пятнадцатилетнего путешествия, и ещё не успел привести своё жилище в надлежащий вид.
— Кого волнуют такие мелочи, — отмахнулась я. Слуга отодвинул мне стул рядом с графом.
— Но уверяю вас, еда отменная. Я лично проследил за тем, чтобы всё было сделано правильно.
Какая пошлость — следить за кухней. Как будто для этого нет прислуги. Или это намёк?
Дурное предчувствие кольнуло меня. Но обратного пути нет.
— Так что же, граф, вы хотели со мной о чём-то поговорить? — я с сомнением ковырнула вилкой телятину в тарелке. Выглядело аппетитно, но что-то меня всё-таки насторожило в словах хозяина дома.
— Верно. Вы, конечно же, слышали о недавнем происшествии в храме. Кошмар, правда? Некоторые утверждают, будто и вы там были.
— Я поражаюсь тому, что люди так серьёзно воспринимают сплетни. Просто случай произошёл недалеко от моего поместья, вот и болтают.
— Вы хотите сказать, что вас там не было?
— Не понимаю, к чему вы клоните. Я не видела ни одного живого чернокнижника уже несколько лет. И чрезвычайно удивлена, что в наше время ещё случаются такие страшные вещи.
— Живого? А мёртвых? — глаза графа наполнились странным чувством.
— На меня напали во время моей прогулки. Шайка разбойников под предводительством какой-то магички. Но я не видела её — она трусливо сидела в кустах. Её убил мой телохранитель, но, к сожалению, он и сам погиб в этой схватке.
Я старательно делала вид, что мне нечего скрывать.
— Тогда приношу свои извинения за столь недостойные джентльмена подозрения. — Он налил мне в бокал ароматного вина. — Давайте выпьем за дальнейшее благополучие Империи Солнца и здоровье Её Величества.
Отказаться после такого тоста невозможно. Осушив бокал до дна, я почувствовала, как поплыло перед глазами. Отравили?!
В меня плеснули ледяной водой. Я медленно разлепила веки и попыталась понять, где я. Низкий потолок, кирпичные стены. Судя по всему, я оказалась в подвале, да ещё и прикованной к стене.
— Очнулась, красавица, — нежно пропел мне граф. Я попыталась пошевелиться, но стальные оковы прочно держали. Платье с меня куда-то исчезло, но штаны и сапоги были на месте — видимо, они не мешали пленителю. — Смелая и безрассудная. И глупая.
С этим пришлось согласиться. Так попасться!
— Зато теперь я всё-всё узнаю. А если будешь молчать, прожгу твою нежную кожу калёным железом, вырву ногти и зубы, ленточками сниму с костей плоть. Ты будешь кричать, но никто не услышит. И поверь, я не дам тебе умереть раньше времени. Но если и это не поможет…
— Довольно. Спрашивай.
— И ты даже не поломаешься? Может, и не так глупа, как я подумал… — я снова промолчала. Пока поиграю по его правилам. — Итак, я знаю, что в ночь новолуния ты ворвалась со своими людьми в храм и вмешалась в ритуал. И не пожалела же, мы нашли их тела. Неужели ты думала, что изуродовав трупы, ты спрячешь улики?
О чём это он? Какие люди? Какие улики?
— Но наверняка у тебя были и другие помощники. И я хочу знать их имена. Потому что в числе погибших в том храме была моя жена, моя несравненная Марле…