— Привет, моя дорогая, — промурлыкал знакомый голос над ухом. Верховный жрец. Всё-таки добрался до меня. — А ты изменилась с нашей последней встречи, я и не ожидал.
— И что тебе нужно? Хочешь убить — убей, но зачем к столбу привязывать? — Я снова гневно дёрнулась.
— Может, я хочу торжественно принести тебя в жертву? — ответил он. — Только подумай, тебе будут внимать тысячи, но уже не как божеству, а как поверженной смертной, готовящейся отдать свою жизнь чужим богам. Хотя, конечно, одна ты взамен освобождённых сотен — это мало, но я думаю, боги одобрят мой выбор.
— Ты кровожадное чудовище! Я освободила невинных мальчиков, зачем нужно их убивать?
— О, кто бы говорил, — протянул он. — Однако это всё культурные тонкости. В чужой монастырь со своим указом не лезут, знаешь ли.
— На смену мне всё равно придут другие.
— Ты слишком пренебрежительно относишься к своей жизни. В тебе всё ещё остались силы украденных душ, они позволят вызвать богов… что сможет сделать горстка солдат против древних существ? — дыхание жреца щекотало кожу. Я сжала зубы, внезапно осознав совсем неуместные желания.
— А твои магические способности заблокированы дымом одной замечательной травки. К счастью, я знаю и способ бороться с её эффектом, а вот ты нет. Задержка дыхания точно не поможет. Эта же трава уничтожила и все маячки, никто не сумеет найти тебя. Ты привязана самыми прочными верёвками из всех, что я смог найти, к морёному дереву, так что убежать у тебя не получится… никак.
Уныло повесив голову, я смотрела, как ползают внизу муравьи.
— Надеюсь, тебе нравится чувство безысходности и отчаяние.
Жрец провёл кончиками пальцев по моей шее, заставив зашипеть. Хотелось ругаться самыми грязными словами, но всё равно бы не помогло. Поэтому я замолчала и устремила взгляд к небу, низвергающему на меня воду.
В следующий раз на меня обратили внимание только тогда, когда стемнело. И снова верховный жрец. На сей раз он не стал со мной разговаривать, вместо этого разжал зубы ножом и влил в рот какую-то гадость.
Я отфыркивалась и отплёвывалась, как могла, но тщетно. Во рту появился неприятный привкус, а затем веки начали сами собой закрываться. Всё вдруг стало таким незначительным, безразличным… хотелось только одного — спать.
Заметив, что я вот-вот отключусь, верховный жрец с размаха ударил меня кулаком в живот и воскликнул:
— Это зелье подчинения, а не снотворное!
— Да, мой лорд, конечно… — почти не осознавая реальность, пробормотала я, не чувствуя даже боли.
— Да что с тобой такое… — прошипел тхаомец. Удары посыпались градом, но привести меня в чувство он так и не сумел. Глаза всё-таки закрылись, и я провалилась в блаженное беспамятство.
Когда я проснулась, то обнаружила, что джунгли исчезли, а вместо них вокруг меня безбрежное звёздное небо, и только внизу не воздух, а что-то тёплое, гладкое, похожее на перья. Но по-прежнему всё плыло и дёргалось, грозя вернуться во тьму.
Я повернула голову и с досадой удостоверилась в непосредственной близости в верховного жреца. С другой стороны я увидела огромную птичью голову. Сама птаха мерно махала крыльями, неся нас вглубь джунглей. Наверное, это всё ещё сон.
— Что происходит? — всё-таки пробормотала я. Но слова унёс ветер, а мне осталось только положить голову на тело птицы и снова заснуть.
Занимался рассвет, когда мы пошли на снижение. Внизу раскинулся довольно крупный город, в центре которого возвышался храм. Но колонн вокруг не было.
Птаха легко спланировала в центр площадки на вершине храма. Верховный жрец спрыгнул на землю и принялся отвязывать меня.
— Где я? — вряд ли он мне ответит, но попробовать стоит.
— Город Кэх, — холодно сказал жрец, заканчивая с верёвками. Я с трудом встала на ноги и уже подумала, как бы мне сбежать, но сделать хотя бы шаг оказалось непростой задачей. Пришлось, скрипя зубами от негодования, опереться на протянутую тхаомцем руку.
— Чем ты меня опоил? Такое ощущение, будто по мне стадо бизонов пробежалось…
— Вообще-то предполагалось, что зелье лишит тебя воли, но как оказалось, у тебя на него аллергия. Пришлось лечить. В мои планы твоя преждевременная смерть не входит.
Я фыркнула. Преждевременная — звучит забавно.
— Может, представишься хотя бы? Должна же я знать, кого проклинать перед смертью…
— Эттэа.
Я попробовала повторить, но язык плохо слушался меня. Жрец завёл меня в какую-то комнатушку и застегнул на поясе обруч. Да, куда эффективнее, чем кандалы на руки/ноги.
— Тут жарко, — пожаловалась я. — И кровать жёсткая.
На самом деле это вовсе не было кроватью, скорее плита из пористого камня, с набросанными поверх листьями.
— Поверь, это далеко не самое худшее, что тебя ждёт, — усмехнулся жрец и дёрнул за цепь, отчего я упала. Когда мне удалось подняться, он уже ушёл.
Магия по-прежнему меня не слушалась. Цепь была донельзя прочной, и даже кольцо, каким она крепилась к обручу, оказалось намертво запаяно. Единственная возможность освободиться — вскрыть замок, но как назло, тхаомцы не использовали гвоздей, а в моих волосах не осталось ни одной шпильки. Да и не умею я замки вскрывать.