Мы должны делать все, что в наших силах, чтобы улучшить жизнь бедных — как в странах с высокой задолженностью, так и с низкой. Очевидно, что наличие высокой задолженности может оттягивать ресурсы от расходов на здравоохранение и образование, так необходимых бедным. Те, кто предлагает нам забыть долги, — на стороне ангелов или, по крайней мере, на той же стороне, что и Боно, Сакс, Далай-Лама и Папа Римский. Наши сердца велят нам простить долги, чтобы помочь бедным.
К сожалению, в этом случае ум с сердцем не в ладу. Прощение долгов гарантирует оказание помощи тем реципиентам, про которых известно, что они прекрасно умеют злоупотреблять оказанной помощью. Прощение долга — тщетная мера по отношению к странам, чьи правительства не меняют свою политику. То же плохое управление денежными средствами, которое привело к высокой задолженности, не позволит помощи, оказываемой в форме прощения долгов, дойти до тех, кто в ней действительно нуждается.
Программа списания долгов разумна, если она отвечает двум условиям: 1) точно установлено, что произошла смена правительства с безответственного на такое, которое будет проводить разумную политику; 2) это единичная мера, которая никогда не будет повторяться. Уточним, зачем нужны такие условия.
Возможно, что высокая задолженность хорошему правительству досталась в наследство от плохого, которое действительно будет пытаться помочь бедным. В этом случае мы можем списать долг. И только правительства, которые демонстрируют существенные изменения в характере своих действий, должны рассматриваться в качестве кандидатов на списание долга. Прежде чем соглашаться на списание долга и чтобы оценить, пошла ли страна на серьезное изменение курса, международное сообщество должно получить убедительные и разнообразные свидетельства разумного поведения правительства. Инициатива HIPC 1996 г. сделала важные шаги в этом направлении. К сожалению, результаты могли быть ослаблены предложениями, прозвучавшими на ежегодной встрече Всемирного банка в 2000 г. Они ускорили процесс списания долгов и дали право на него большему числу стран.
Если правительства не меняют свой прежний курс, официальные кредиторы не должны бесконечно заполнять дефицит финансирования. Концепция дефицита финансирования должна быть отвергнута раз и навсегда, поскольку она создает искаженные стимулы, ведущие к накоплению все большего объема долгов. Займы выдаются и прощаются во имя бедных. Однако бедным не легче, если международное сообщество просто создает стимулы для новых заимствований.
Чтобы выйти из этого порочного круга, программа списания долгов должна выполняться в рамках твердой политики, при которой было бы ясно, что нового прощения долгов не предвидится. Если это проблематично, то сама идея оказывается под вопросом. У правительств будет слишком сильный стимул продолжать брать в долг и ждать, что эти долги рано или поздно будут списаны.
Программа списания долгов, которая не выполняет любое из этих двух условий, будет направлять больше ресурсов в страны с плохой политикой, чем в бедные страны с хорошей политикой. Почему бедные страны с высокой задолженностью должны получать вчетверо больше помощи на душу населения, чем менее задолжавшие бедные страны, как это произошло в 1997 г.? Если создавать ожидания, что доноры и в будущем будут благоволить безответственным правительствам, то прощение долгов вступит в противоречие с разумными стимулами народов (правительств). В этом случае прощение долгов окажется еще одной неудавшейся попыткой на пути поиска рецептов экономического роста.
