— В настоящий момент меня больше интересуют ваши способности, — отмахнулся он от столь беззубого возражения, — политический капитал мы вам нарастим, если потребуется.
Дерек скривился. Обмен выходил вполне логичным: Михар терял Райтэна как зятя, но всё равно получал его поддержку — зайдя с другой стороны.
— Я никогда не пойду на конфликт с Тогнарами, — наконец, отметил очевидное Дерек.
Михар демонстративно всплеснул руками:
— Помилуйте! Так ведь и мне конфликт с Тогнарами ни к чему!
Задумчиво качнувшись на стуле, Дерек ушёл глубоко в себя. Такого поворота сегодняшней беседы он никак не предполагал, и теперь не знал, что с этим делать. Ему казалось, что он выглядит человеком достаточно скучным и ординарным — и чего бы Михару вздумалось заниматься его вербовкой? Впрочем, всё ещё оставалось неясным, каковы цели такой вербовки — особенно исходя из той многообещающей фразы, что конфликт с Тогнарами ему не нужен.
«Очевидно, он полагает, что Райтэн во всём поддержит меня, — размышлял Дерек, — а родственники Райтэна, соответственно, поддержат его. Логично, — признал он. — И тонко сыграно!»
Дерек пришёл к выводу, что выхода у него, похоже, особо и нет. Можно, конечно, было пойти на обострение: и к чему бы это привело?
«У нас только слабенький козырь в виде психологического давления на Руби: слишком зыбко и слишком мало, — рассчитал внутри себя он. — Дальнейшее обострение — выход на широкий масштаб, это не нужно ни ему, ни Рийарам».
Молчание всё затягивалось — он обдумывал те или иные возможные ходы уже минут пять — как вдруг Михар решил вмешаться в его фантазии с недовольным:
— Вы отдаёте себе отчёт в том, какие перспективы для ваших собственных предприятий открываются в условиях работы на меня?
Он успел высокого оценить ум Дерека, поэтому теперь подобрал тот аргумент, который произвёл бы впечатление на него самого, потому что невольно стал оценивать противника по себе.
Дерек перевёл на него внимательный взгляд и с удивлением переспросил:
— Вы меня уговариваете?
Это удивление позабавило Михара, и он переспросил довольно дружелюбно:
— Почему нет?
Опершись локтями на стол, Дерек подался к нему, положил подбородок на переплетённые пальцы, несколько секунд внимательно рассматривал собеседника, потом высказал:
— Для чего? Разве я имею возможность отказаться? — он нервно передёрнул плечами.
— Видимо, имеете, — насмешливо ответил Михар. — Иначе чего ж так мучительно раздумываете?
Дерек резко выдохнул и с некоторой иронией в голосе сказал:
— Да просто сдал свою манеру профессионально проигрывать в аренду, а без неё, — он зло усмехнулся, — проигрывать не умею.
Михар развёл руками и наигранно сочувственно заметил:
— Придётся учиться!
Реплика эта прозвучала для Дерека как звук защёлкнутых у него на руках кандалов.
— Никогда не поздно, — задумчиво кивнул он, отмахиваясь от овладевающих им страха и злости и пытаясь заглушить эти страх и злость рациональными размышлениями.
Что он, в конце концов, терял?
«Свободу», — логично ответил он на этот вопрос.
Если уж ты соглашаешься работать на такого человека, как Михар, — выйти из игры ты уже не сможешь, придётся идти до конца, хочешь ты того или нет.
От безысходности сердце Дерека сдавило неподъёмными камнями; он столько отдал за то, чтобы быть свободным! И что теперь?.. Снова попасть в рабство к новому Грэхарду?
И ради чего? Что он получает взамен?
«Свободу Тэна», — осознал Дерек, и дело для него стало решено.
— Я не упоминал? — скучающим и обыденным тоном ворвался в его размышления Михар. — Безусловно, если что-то в моих проектах смутит вашу совесть — вы вольны отказаться. — Чуть задумчиво добавил: — Мне нужны исполнители, которые увлечены тем делом, что им поручено.
Дерек уронил ладони на столешницу, вперил в противника испытующий взгляд и с сомнением отметил, с трудом подавляя злость и не позволяя ей проявиться в ровном холодном голосе:
— Что-то уж очень гладко стелите, господин Михар. Я и без того у вас на крючке — к чему эти игры в якобы равенство?
«Умён!» — с большим удовольствием отметил Михар, смотря уже на Дерека как на вполне состоявшееся приобретение и наслаждаясь тем, что приобретение это весьма ценно. Все исполнители как исполнители, а этот — с норовом!
— Не настолько уж мы и неравны, Деркэн, — парировал он, но всякое дружелюбие исчезло из его тона, когда он холодно отметил: — Не ваш же дружок додумался, как довести мою дочь до такого состояния.
В этом замечании ощутимо звучала скрытая угроза; Дерек поднял руки ладонями вверх и, безотчётно пародируя собеседника, совершенно его интонациями воскликнул:
— Помилуйте! Не я впутал в эти дела женщин!
Взгляд Михара сверкнул, обещая неприятности.
Почуяв, что перегнул палку, Дерек всё же сдался и свернул на тот путь, которого так старался избегать сегодня, и машинально провернул привычную пантомиму: показательно вздохнул, полохматил себе волосы, покорчил выразительные недовольные рожи, в конце концов, уронил голову на лежащие на столешнице руки и оттуда глухо заявил:
— Всё, всё, я тих и смирен!
Смерив его макушку задумчивым взглядом, Михар неожиданно спросил:
