– Вполне вероятно, мисс Келси. Государю также приснилось, что эти демонические создания боялись только колокольного звона. Голос колокола был столь силен и звучен, что демоны бросились наутек, не причинив вреда жителям города. Проснувшись, государь немедленно приказал отлить особый колокол. Можете себе представить, насколько напугал его этот сон! Колокол был изготовлен и стал использоваться для оповещения горожан о начале вечерней службы. Люди верили, что до тех пор, пока они слушаются колокольного звона, им не грозит никакая опасность. Многие до сих пор уверяют, что когда колокол начинает звонить, все окрестные собаки заливаются лаем.
– Какая хорошая сказка! – воскликнула я и пихнула локтем Кишана. – Интересно, этот колокол действует только на вервольфов или на
Кишан схватил меня за локоть, притянул к себе и усмехнулся:
– На твоем месте я бы на это не рассчитывал. Если тигр явится по твою душу, его будет не так-то просто прогнать. Мы, тигры, весьма целеустремленные создания.
У меня закралось подозрение, что он имеет в виду не совсем то, что я. На всякий случай я поспешила сменить тему.
Большая часть мужчин, проходивших мимо нас, носила какие-то странные высокие головные уборы. Воспользовавшись этим предлогом, я спросила мистера Кадама о том, что это такое, и он прочитал нам подробнейшую лекцию об исторических корнях и религиозной символике местной одежды.
– Мистер Кадам, вы просто ходячая энциклопедия премудрости! Вы незаменимый спутник в любом путешествии, и слушать вас гораздо интереснее, чем любого преподавателя!
Он польщенно улыбнулся.
– Спасибо. Но прошу вас, не стесняйтесь останавливать меня, когда я слишком углублюсь в подробности. Меня порой заносит.
– Разумеется, хотя очень сомневаюсь, что я могу с вами соскучиться, – рассмеялась я. – Но если случится такое чудо, я дам вам знать.
Кишан ухмыльнулся до ушей и воспользовался моими словами, чтобы обнять меня за плечи и погладить по голой руке.
– Даю тебе слово, что со мной ты тоже никогда не соскучишься, – промурлыкал он.
Это оказалось приятно… даже слишком приятно. Пристыженная, я отреагировала излишне эмоционально – съежилась под его тяжелой ручищей и попыталась сбросить ее.
– Кыш! Слишком много себе позволяешь! Ты не забыл, что сначала нужно спросить разрешения?
Кишан наклонился ко мне и прошептал:
– Это я улажу.
Я ответила ему сердитым взглядом, и мы пошли дальше.
Остаток дня мы знакомились с местностью, соображая, как лучше пробраться сюда в сумерках. Когда план был готов, мистер Кадам нажал на какие-то скрытые пружины или задействовал возможности своей безграничной телефонной книжки, так что в результате нам позволили прийти на Дворцовую площадь после закрытия.
Полосы света гасли в темнеющем небе, когда мы снова подошли к храму. Мистер Кадам проводил нас до ступеней святилища и вручил мне рюкзак, набитый всевозможными предметами, которые предполагалось использовать в качестве подношения богине. На этот раз здесь было все, имеющее хоть какое-то отношение к воздуху: различные птичьи перья, китайский веер, хвост воздушного змея, накачанный гелием воздушный шарик, деревянная флейта, пластмассовый самолетик, который запускается при помощи резинки, миниатюрный барометр, игрушечная лодка с парусом и даже маленькая призма, превращающая поток света в радугу. На всякий случай мы захватили с собой и несколько фруктов.
Мистер Кадам отдал мне Фаниндру, и я надела ее себе на руку. Она тут же плотно обвилась спиралью вокруг моего предплечья, дав понять, что собирается сопровождать меня на встречу с богиней. Мы с Кишаном поднялись по каменным ступеням, ведущим в сердце святилища. Прошли мимо каменных сторожевых слонов, потом миновали парочку львов. Статуя Дурги была видна даже с улицы, она стояла в нише высоко над нашими головами. Я немного беспокоилась, не увидит ли ее кто-нибудь из прохожих, если богиня задумает ожить, как в прошлый раз.
Мы молча обошли храм сзади, обогнули каменное крыльцо с колоннами и увидели винтовую лестницу, ведущую наверх. Кишан протянул мне руку, я взяла ее. Внутри храма было темно и прохладно. Свет уличных фонарей тускло освещал коридор, ведущий к статуе. Кишан шагал рядом со мной – черный, бесшумный и прохладный, как все в этом храме. Мне было хорошо рядом с ним, но я тосковала по теплу и свету, которые всегда излучал мой Рен.
Мы вошли в небольшое помещение и остановились перед стеной. Я знала, что статуя Дурги находится с другой стороны, озаренная светом уличных фонарей. Она примерно на два фута отстояла от стены храма, так что мы, пожалуй, могли бы встать по обе стороны за ее спиной, спрятавшись в тени.
– Ладно, к делу. В прошлый раз мы сделали подношение, позвонили в колокол, попросили помочь нам советом и вразумлением, а потом Рен превратился в тигра. Похоже, так и надо делать.
– Я в твоем распоряжении.
Мы вытащили из рюкзака наши подношения, разложили их у ног статуи, а сами юркнули в тень за ее спиной. Я приподняла ступню и провела пальцем по колокольчикам на браслете, невольно улыбнувшись при мысли о Рене.
