Потом мы чуть отодвинулись от стены, и Кишан взял меня за руку. Я была благодарна ему за поддержку. Хоть я и видела однажды, как оживает каменная статуя, но все равно сильно нервничала.
– Давай сначала я что-нибудь скажу, а потом ты.
Он кивнул и сжал мою руку.
– Великая богиня Дурга, мы снова пришли просить у тебя помощи. Я прошу благословить нас на поиски нового сокровища, которое поможет расколдовать двух принцев. Молю тебя, не оставь меня без своей поддержки и мудрости!
Я повернулась к Кишану и кивнула.
Секунду-другую он стоял молча, потом негромко заговорил:
– Я… я не заслуживаю благословения, богиня. – Он посмотрел на меня и печально вздохнул. – Все, что случилось, случилось из-за меня, но я прошу тебя помочь моему брату. Сбереги его… ради нее. Помоги мне защитить ее в этом путешествии и убереги от беды.
Он вопросительно посмотрел на меня. Я приподнялась на цыпочки, поцеловала его в щеку и шепнула:
– Спасибо.
– На здоровье.
– Давай превращайся в тигра.
Он превратился и тут же растворился в темноте. Резкий порыв холодного ветра пробежал по храму, взлетел вверх по лестнице. Моя рубашка с длинными рукавами надулась пузырем. Я вцепилась пальцами в косматый загривок Кишана и заорала, пытаясь перекричать свист ветра:
– Вот, начинается самое страшное!
Ветер завертел пыльные смерчи вокруг нас, многолетняя грязь посыпалась из трещин стен, взметнулась с каменных полов. Я зажмурилась, зажала рот и нос рукавом. Кишан отпихнул меня в дальний угол, подальше от могучих порывов ветра, бушевавших возле окон.
Я оказалась зажатой между ним и стеной, что было очень своевременно, ибо черному тигру приходилось изо всех сил цепляться когтями за трещины пола, чтобы устоять на лапах. Он еще плотнее прижался ко мне. Присев на корточки, я обняла его за шею и зарылась лицом в черную шерсть. Постепенно вокруг нас стала проступать каменная резьба, доселе скрытая под многолетними наслоениями грязи и пыли. Песок и ветер до блеска отполировали пол, и он засиял, будто мраморный. Я ухватилась одной рукой за колонну, другой еще крепче вцепилась в Кишана.
Минут через десять ветер стих, и я открыла глаза. Все вокруг волшебным образом преобразилось. Очищенный от грязи и пыли, храм поражал красотой и блеском. Вставшая луна заливала серебристым сиянием пустые залы, сделав их призрачными и сказочными, будто во сне. На стене, за статуей Дурги, проступил уже знакомый мне отпечаток ладони. Кишан превратился в человека и встал рядом со мной.
– Что дальше? – спросил он.
– Смотри!
Я оттолкнула его себе за спину, приложила ладонь к отпечатку и пустила поток энергии по своей руке в стену. Глухой рокот сотряс стену, и мы с Кишаном одновременно попятились. Стена стала медленно поворачиваться вокруг своей оси, и вскоре перед нашими глазами предстала еще одна статуя Дурги.
Она была очень похожа на предыдущую, все те же многочисленные руки, веером раскинувшиеся вокруг тела, и верный тигр у ног. Только кабана не было. Потом раздалось мелодичное позвякивание колокольчиков, и нежный голос произнес:
– Здравствуй, юная дева. Твои подношения приняты.
В тот же миг все дары, которые мы с Кишаном сложили у ног статуи, замерцали и исчезли. Едва заметная дрожь прошла по каменному телу богини цвета желтого песчаника, руки Дурги заколыхались в воздухе. Каменные губы богини раздвинулись в улыбке и заалели, словно рубины. Тигр с рычанием встряхнулся. Камни, будто пыль, полетели во все стороны от него. Громко чихнув, оживший зверь уселся у ног своей хозяйки.
Кишан, не отрываясь, смотрел на богиню. Вот Дурга изящно повела плечами, и поднявшийся ветерок бережно сдул с нее всю пыль, так что богиня предстала пред нами во всей красе, словно сияющий драгоценный камень, извлеченный из-под песчаного наноса. На этот раз кожа у нее оказалась не золотой, а нежно-розовой. Она расслабила поднятые руки, потом подняла свободную ладонь и сняла с себя золотой головной убор. Блестящие черные волосы водопадом хлынули вниз по ее спине, рассыпавшись по плечам.
Богиня произнесла мелодичным голосом:
– Келси, дочь моя, как же я рада, что ты сумела отыскать мой Золотой плод!
Обратив взор на Кишана, Дурга слегка наклонила голову и приподняла брови, так что лицо ее приняло выражение прелестного недоумения.
– Но кто это с тобой? Где твой тигр, Келси?
Кишан смело шагнул вперед и низко склонился к протянутой руке богини.
– Я тоже тигр, почтенная госпожа.
В подтверждение своих слов он мгновенно обернулся в черного тигра – и обратно. Богиня рассмеялась счастливым переливчатым смехом, легким эхом облетевшим стены храма. Кишан улыбнулся ей. Она вновь посмотрела на меня и заметила золотую змею, обвившуюся вокруг моей руки.
– А вот и Фаниндра, моя любимица!
Богиня жестом поманила меня к себе, и я сделала несколько шагов вперед. Верхняя часть Фаниндры мгновенно ожила и, струясь, поползла к протянутой руке Дурги. Та ласково погладила змею по плоской головке.
– Впереди тебя ждет еще много работы, милая. Я хочу, чтобы ты пока оставалась с Келси.
