— Тот самый? — удивленно переспросил полицейский и протянул ему руку. Алекс крепко сжал ее и направился в палату.
— Что там, Митч? — обратился он лейтенанту, но, взглянув на кровать, все понял и без объяснений.
Обезглавленное тело Гарри Фитча покоилось на белоснежной скатерти. Маньяк повеселился на славу — кровь фонтаном была разбрызгана по постельному белью, по столу, стулу, по умывальнику. А ведь только вчера он проводил допрос в этой комнате. Холод и отвращение смешались внутри детектива, тошнота подступила к горлу, а запах крови еще больше усилил это чувство. Но он сдерживался. Опустив глаза в пол, ему бросилась лужа рвоты:
«Не все стойкие, как я» — подумал про себя детектив.
— Всех четверых порешили подобным способом.
— Имеешь в виду, что они обезглавлены.
— Обезглавлены и крови ничуть не меньше… Черт, и кто все это будет убирать?
— Как все произошло?
— Никто не знает… — лейтенант вытащил гавайскую сигару и начал водить ею под носом, дабы сбить запах крови. — Ночью выключился свет в период с 2:30 до 3:30. Учитывая, что такое происходило неоднократно, никто толком не придал этому большего значения. Пока охрана возилась в течение часа с трансформатором, расположенным за пределами здания больницы, в самом здании остались четыре медсестры и один охранник. В это самое время и происходила кровавая мелодрама.
— Зачем ему их головы? — Алекс по полицейской привычке лишь задавал вопросы, но лейтенант, в прошлом еще начинавший с ним с трущоб Нью-Йорка, не обращал на это внимания, просто отвечая на них.
— Не знаю, Алекс. Могу только догадываться. В военной инженерии разрабатывается устройство, способное воспроизводить даже по мертвому мозгу информацию и кадры мыслей человека. Возможно, убийца в курсе разработок и дабы обезопасить себя, забрал их головы. Тем более, как сказала Люси Анджело, состояние подростков стабилизировалось, и в скором времени они бы все вспомнили. Так же возможно убийца знает и про тебя… О том, что ты пользуешься нетрадиционной методикой раскрытия уголовных дел известно всему Нью-Йорку. Поэтому не исключено что он прознал и о том, что именно ты занимаешься этими подростками. А возможно он просто псих, который копит головы своих жертв, как трофеи. Черт их пойми этих маньяков…
— А когда их тела отправят к коронеру?
— Через час… А что ты там хочешь найти? Предварительно их зарубили топором, на их запястьях обнаружены надписи, сделанные маркером черного цвета.
— И что на них написано? — Алекс вынул из внутреннего кармана записную книжку.
— Гарри Фитч, единственный чье имя мы знаем, надпись на запястье руки «+4», подросток номер один надпись «-2», подросток номер два «+2», девочка-подросток «-1».
— Не знаешь, что значит? — убирая блокнот во внутренний карман, спросил Алекс.
— Понятия не имею. Но двери не были взломаны, а открыты ключом. Никто даже в соседних палатах не слышал шума. Кроме разговоров — разговаривал мужчина, но дети не подняли шума, скорее всего они знали убийцу, возможно, он один из местных санитаров. Возможно, просто прикинулся и из-за этого они без каких-либо подозрений приняли его. Пока ничего не понятно.
— Может он накачал их снотворным? — предположил детектив.
— Ничего не исключено. Вот поэтому и существуют коронеры.
— Спасибо, Митч, — поблагодарив лейтенанта, он вытащил сенсорный телефон новой модели. — Ты не против, если я тут сфотографирую все.
— Конечно, Алекс, — пропуская вовнутрь комнаты детектива, сказал полицейский. — Только не измажься тут и не клади в карман вещественные доказательства. Сержант, — обратился он к полицейскому, не пропускавшему на подступах к палате Фитцжеральда.
— Да, лейтенант, — отозвался тот.
— Проверите содержимое карманов у мистера Фитцжеральда, после окончания исследования, если в его кошельке будет больше ста долларов, то изъять и ко мне на стол.
Сержант ответил ему легкой улыбкой, понимая шутку, хотя в таком месте и при таких обстоятельствах она была вовсе не уместной.
«Как же так? — рассуждал про себя Алекс. — Одно дело похищение детей, а другое их убийство, причем таким жестоким образом, да и ни где-нибудь на окраине заброшенных кварталов, а в охраняемой лечебнице. Кто может быть подозреваемым? Весь персонал больницы и люди, имеющие доступ к ключам от палат. Не верится, что так бесшумно можно было обезглавить четырех подростков. Они же могли поднять шум… Почему они этого не сделали? Странно…»
Какая-то скрипучая мелодия кружилась в голове. Фитцжеральд взглянул на радио, но оно было выключенным.
