Спина абсолютно мокрая от холодного пота, а руки и ноги дрожат так, что я с трудом удерживаюсь в вертикальном положении.
Нет ничего, кроме этого ужасного человека и мерзкого липкого страха, который сковал все мое естество.
Почему я снова здесь? Как он меня нашел?
Темный взгляд прожигает насквозь, а холодные равнодушные глаза читают меня как открытую книгу…
Хищная улыбка обнажает его белые зубы, когда я, пытаясь отступить, упираюсь спиной в стену.
— Попалась, лгунья, — шепчет хриплый голос.
Комната как будто сжимается, а Чудовище становится все больше… Мне некому помочь и некуда бежать.
Зверь приближается, его руки тянутся ко мне.
Никто не придет. Никто не спасет меня.
Жуткое ощущение ужаса и безысходности пробирает до самых костей. Я хочу позвать на помощь, но не могу. Вместо этого из моего горла вырывается еле слышный хрип.
Нет!
Я проснулась от собственного надрывного крика в кромешной темноте. Футболка буквально прилипла к телу, покрытому холодным потом, а сердце колотилось так, как будто я пробежала стометровку. По щекам струились слезы, а в легких не хватало воздуха, потому что осознав, что это был просто сон, я начала рыдать с новой силой — только теперь от облегчения.
Похоже приступ паники снова накрыл меня во сне, и я в очередной раз не смогла с ним справиться. Вот уже почти три месяца почти каждую ночь меня мучал кошмар с одним и тем же сюжетом, в котором я, как в наказание за вранье, снова и снова проживала ту ночь, с той только разницей, что теперь ОН знал о моей лжи, а значит спасения не было.
Неужели это мучение будет длиться вечно и я каждую ночь буду возвращаться туда?
Поежившись, я натянула розовые вязаные носки, откинула теплое одеяло и выскользнула из кровати. Вставать и идти в темноте на кухню жутко не хотелось, но нужно было выпить успокоительное, потому что без него я точно бы не сомкнула глаз до утра. Для меня, никогда не любившей пить таблетки, снотворное теперь стало жизненно необходимо практически каждую ночь. Как будто после попытки изнасилования чертов Давид Зафиров превратился в греческий аналог Фредди Крюгера и посещал мою почти доведенную до истерии персону практически каждую ночь с целью окончательно свести с ума.
Я проскочила на кухню, порылась в аптечке и, наконец, нашла то, что искала. Вот они спасительные отключатели сновидений. Проглотила целых две таблетки для верности и запила их стаканом ледяной воды. Как раньше люди выживали без них? Ведь если есть проблемы со сном, то и в бодрствовании не будет никакого удовлетворения. А снотворное, пожалуй придумал или мучимый бессонницей или кошмарами, потому что это просто изобретение века.
На обратном пути в спальню я остановилась у зеркала и внимательно посмотрела на девушку в отражении. Золотистые волосы спутались, под моими большими сине-голубыми глазами пролегли тени, а лицо выглядело уставшим и слегка измученным. Если бы сейчас меня увидели мои поклонники из университета, то они точно перестали бы называть меня красавицей.
Неудовлетворенная своим внешним видом я снова вернулась в кровать. Сон не шел, поэтому оставалось только ждать пока начнется действие лекарств. Со мной уже пару недель не было этих приступов, поэтому потихоньку я стала забывать о них и даже иногда чувствовала себя почти полноценной. Но сегодняшний был особенно сильным и даже каким-то слишком реальным, поэтому против собственной воли на меня снова нахлынули воспоминания о последних трех месяцах моей жизни после. Да и жизнь моя теперь точно разделилась на "до" и "после". Мысли то и дело возвращались к той ночи четвертого марта, которую теперь я просто не с силах была забыть.
Оказавшись на безопасном расстоянии я воздавала хвалу небесам, радуясь, что легко отделалась от этого страшного человека. В первые минуты после освобождения я не могла поверить своему счастью, еще не понимая тогда, что моя нервная система дала явный сбой. Она просто не справилась со стрессом, который ей пришлось испытать. Это странно, но прошло три месяца, а я помнила каждую подробность, как будто это было вчера. Зато события после моего освобождения словно кто-то услужливо стёр из моей памяти: непонятно, как я вернулась домой и как я провела остаток той ночи. Однако на следующий день у меня начался первый приступ паники, вслед за которым появилась высокая температура, озноб и дикая головная боль.
В этом плачевном состоянии меня нашла сестра Лера, которая была в ссоре со своим женихом и вернулась жить домой. Погружённая в свои проблемы, она не заметила явной перемены во мне и списала все на банальную простуду.
Но я понимала, что со мной что-то не так. Этот человек сломал часть меня или забрал кусок моей души, как в каком-то древнем проклятьи, когда жертва думает, что спаслась, но на расстоянии ей становится только хуже.
И то, что со мной творилось, правда было похоже на какое-то колдовство или помешательство.
