B. C. А как вы вообще оцениваете наши дальнейшие перспективы? Что ждёт Россию впереди?
В. П. С учётом того, что мы вступаем в эпоху катаклизмов, а они будут только нарастать – природные и, самое главное, экономические – с учётом того, что мы по-прежнему остаёмся сырьевой страной, наше положение будет довольно терпимым, устойчивым. Нас не затронет никакой крупномасштабный экономический кризис. Поскольку у нас просто нет этой самой экономики. Экономические кризисы существуют для экономически развитых стран. А мы как торговали нефтью, газом, лесом, так и будем это продолжать делать в тех или иных объёмах. По большому счёту, мы живём натуральным хозяйством. Россия только-только начинает создавать высокотехнологичные отрасли и декларировать их дальнейшее развитие. Но как у нас часто бывает – от декларации до воплощения в жизнь «дистанция огромного размера». Поэтому, сидя на ресурсах, мы можем относительно спокойно смотреть в будущий кризис. Мы уцелеем. Но стратегически это, конечно, не путь. Россия должна развивать сверхмощную экономику, создавать оружие пятого, шестого и прочих поколений, должна иметь современную армию. Та армия, которая у нас сейчас, не соответствует требованиям современных войн по уровню оснащённости и профессионализма. Советская армия этим требованиям, безусловно, соответствовала. Нынешняя российская ещё только создаётся, и происходит это очень медленно, с большими потерями.
Поэтому, как ни странно, но Россия в современной обстановке «выплывает», у неё есть будущее.
B. C. Вашими бы устами да мёд пить. Правящая государственная элита продолжает жутко пренебрежительно, даже цинично относиться к своему народу, к его нуждам, потребностям. Недавно были обнародованы цифры статистической отчётности по РФ за первое полугодие 2010 года. Согласно им, почти тридцать процентов населения страны живёт на доходы ниже прожиточного минимума. Тут лучше сказать – выживает.
В. П. Это верно. Российская олигархия считает народ полем для получения своих сверхприбылей. Собственно, как таковой, сам народ никого не интересует. Сейчас на дальнюю перспективу что-то начали обещать. Одно это уже хорошо. При Ельцине ничего подобного не могло быть в принципе. Так же, что касается внешней политики. Сейчас наметились некоторые тенденции независимости в ней. Но социальные вопросы не укрепить без укрепления вертикали власти. Здесь тоже есть обнадёживающее движение вперёд. Хотя, на мой взгляд, такая централизация произойдёт лишь тогда, когда несколько достаточно одиозных глав субъектов федерации, таких как Москва, Татарстан, Башкирия (Лужков, Шаймиев, Рахимов), будут отправлены на заслуженный отдых. Здесь давно должны быть люди с новыми идеями.
B. C. Почему их так боятся трогать? По национальным причинам?
В. П. И по национальным, и потому, что все рычаги властной, финансовой составляющих давно поделены, люди по своим местам расставлены. Всё это трогать, ломать никому не хочется. Поэтому для меня самостоятельность Медведева, как политика и главы государства, будет зависеть от того, справится ли он с этими вопросами.
B. C. Вообще для меня были пугающими первые шаги Медведева на посту главы государства. Когда он собрал всю свою команду и объявил, что начинается борьба с коррупцией. Этим заявлением он мне очень напоминал Горбачёва времён начала перестройки. Ведь понятно, что по-настоящему никто так с коррупцией не борется. Для этого нужны какие-то другие методы. В Италии, например, сначала арестовывают десятки коррупционеров, а лишь затем объявляют, что началась чистка властных структур от взяточников.
В. П. Бороться с коррупцией надо жесточайшим образом. И вместо тысячи слов об этой борьбе лучше один расстрел. Кстати, нам давно надо выйти из этих идиотских договоров и моратория на смертную казнь. Убийца должен быть расстрелян. Коррупционер, нанёсший большой ущерб государству, должен быть расстрелян. Китай, кстати, плюёт на все эти моратории. В его законодательстве, по сравнению с другими странами, максимальное количество статей, по которым предусмотрен расстрел. Кстати, это, наверно, единственная страна, где предусмотрена высшая мера наказания за плохое качество продукции, отправляемой на экспорт. По этой статье они расстреливают в год порядка 35 человек. И правильно делают. Что толку, когда в тюрьме сидит маньяк, который лишил жизни десятков человек, или террорист? Так жизнь убийцы, в отличие от его жертв, признаётся священной.
B. C. Да, здесь, как мне кажется, происходит явная подмена ценностей. Противники смертной казни ссылаются на то, что в Китае ведь тоже не истреблена преступность. Да, не исчезает. Но зато в процентном отношении, относительно этих же преступлений в России, их совершается намного меньше.
В. П. На порядки меньше. Сами же преступления, конечно, никогда не исчезнут. Это, к сожалению, одна из ипостасей человеческой натуры.
B. C. Спасибо, Владимир Павлович, за беседу. Всё-таки будем надеяться, что у России впереди светлое будущее.
