— Знаешь, у меня есть лимит. Я очень долго терплю, но когда терпение лопается, все, туши свет, и ты это знаешь!
— А мне думаешь легко? — вдруг тоже сорвался на крик Гилмор. — Я тоскую по тебе уже битых несколько дней, а ты только и делаешь, что крутишь динамо! Я люблю тебя, Люси, я хочу быть с тобой, я свободен, ты свободна, что нам мешает, кроме твоих…
— Ну что, что моих? Куриных мозгов? Ну же, Гилмор, договаривай! Ты думаешь я не знаю, что ты думаешь на самом деле? — вырвалось непроизвольно и я подумала, что последние несколько глотков виски были явно лишними. — Я имею в виду, — уже спокойнее откатываю я, — что я знаю тебя, иногда мне кажется, лучше, чем ты сам себя знаешь. Ты обижаешь меня, и я должна по-твоему что? Терпеть это?
— Нет, просто я все жду, когда твои мозги встанут на место, — пробурчал тоже явно снижающий обороты парень. — Люс, пойдем со мной, а? Ну, что ты там опять себе напридумала, нам же так хорошо вместе… — мужчина пытается сдвинуть меня с места в направлении дверей, уверенный в том, что я всего лишь капризничаю и набиваю себе цену, что легко решаемо ласковым словцом… Ого! Даже так?
— Гилмор! Тебя Джексон вызывает, давай скорее, он злющий, как черт! — окликнули Джая от входа, что он досадливо заскрипел зубами, что теперь может лишиться «сладенького». Иногда все происходит настолько внезапно, что не успеваешь даже охренеть. Привык получать все что хочется по щелчку пальцев?
— Бл*, да что ему надо-то сейчас! Ладно, иду, — буркает бесстрашный, тяжело вздыхая. — Люс, я скоро вернусь, никуда не уходи.
Гилмор убежал, а я не могу совладать с эмоциями. Кажется, вокруг ничего больше не существует, осталось только болезненно пульсирующее за ребрами чувство неправильности — безумное, гадкое, вытеснившее все и вся из головы и сердца. И воздух из легких.
Ох, значит, я попросту донельзя заманчивая возможность, чтобы получить «сладенькое»… Сладенькое?! Так во-о-от, что тебе нужно от меня… а я то думала, что ты все же вырос, изменился и… А у меня и особого разочарования, на удивление, больше нет, как прежде, даже злость куда-то внезапно испарилась, только пустая горечь от подспудного ощущения использования и… сожаление оттого, что отвернула от себя человека, который значил для меня куда больше, чем я предполагала. Хотя, о чем это я, Риз тоже зря времени не терял. Шила в мешке не утаишь, рано или поздно изнанка человеческой души все равно покажется. Тогда, что же я так переживаю и понятия не имею, что мне делать дальше? Нет, знаю!
— Охолохонься парень, пройти дай! — взвился сквозь музыку голос Мии, пробирающейся к барной стойке через толпу.
— А куда такая красота и мимо? — перегораживая ей проход, зубоскалит подвыпивший бесстрашный, растопырив свои грабли в стороны, будто собрался ловить курицу. Черт, этого еще не хватало! — Да брось, хорош выделываться, крошка, возьми меня с собой. Не пожалеешь…
— Протянешь свои бл*дские руки, будешь яйца из ботинок выливать, — сурово предостерегает его девушка, воинственно тряхонув светлыми кудрями и сжимая кулачки, что парень все-таки отступает на шаг в сторону, примирительно выставляя ладони перед собой. Но стоило Мии приблизиться, как он резко схватил ее за запястья и притянул к себе, глумливо ухмыляясь и заводя бесстрашной руки за спину. Ну, козел, пришибу!
— А чего это мы такие невежливые? А, красотка?
— А ну, пусти! — рявкнула на него Тревис, высоко задрав голову, пока я, распихивая людей, пытаюсь к ней прорваться. Ми и так нервно относится к излишним прикосновениям, что и понятно, а уж от пьяного и бесцеремонного парня, начинает паниковать.
— Может, никто не учил еще покладистости, так это поправимо… — тяжело дышит в лицо девушке парень, а я издалека прекрасно вижу, как в глазах Мии плеснулась паника и она вот-вот впадет в ступор.
— Отпусти! — слышится спокойный мужской голос, но с такими уверенными нотками, и парень осекается, да чего уж парень, я тоже застыла, словно на стену напоролась, глядя во все глаза, как возле набирающей обороты потасовки, останавливается тот взрослый бесстрашный, что общается с Ризом. Кажется, его зовут Берман. А когда на плечо парня ложится крупная ладонь и стискивает его, тот мгновенно отпускает девушку, собираясь ретироваться, и отхватывает от нее острой коленкой по причинному месту.
— А я предупреждала, козел, — мстительно протянула Ми, глядя как корчится придурок, согнувшись пополам. Смерив своего заступника хмурым взглядом и сдержано кивнув ему, подружка зацепила меня под локоть и прошествовала к стойке с самым королевским видом, на который только была способна. — Так, а теперь ты, — неожиданно резко переключила девушка свое внимание на меня. — Не хочешь мне рассказать, с чего это красавчик так психанул? Уж не из-за того ли, что ты с Гилмором обжималась?
— А я откуда знаю? У него и спрашивай, — дернув плечом, попыталась я отмазаться от допроса. — У нас с ним ничего нет и быть не может.
