— Выжидательно. Ты ведь уже знаешь, да? Успел покопаться в головах? — я не понимаю, что она от меня хочет. Знаю, что использовать сканирование для выявления личной информации у нас считается позорным, но в случае с Люси ничего не могу поделать с собой. Я не мог не узнать про ее парня, и теперь не знаю что ответить ей. — Ладно не сопи, просто… Дай слово, что не будешь это делать. Пожалуйста, не надо. Риз, мне нереально тяжело, а ты еще и добавляешь… проблем.
— Люси, прости меня. Меньше всего я хотел бы создавать тебе проблемы, и я клянусь, что не буду пытаться использовать свой дар тебе во вред. Но тогда прошу, ответь мне… Ты действительно так сильно переживаешь из-за этого парня?
— Да как ты… не понимаешь?! — крикнула Люси и вскочила на ноги. — Мы выросли вместе! Мы столько пережили! Я… знаю его сколько себя помню! Между нами… связь, проверенная годами! Он всегда подставляет мне плечо и… Он… дорог мне и он часть моей жизни, что тебе еще надо? Доволен? — она отвернулась, будто это признание далось ей с трудом. А мне пришлось подавить желание обнять ее, прижать к себе, чтобы успокоить. Невыносимо видеть, как она плачет, хочется сделать так, чтобы этого никогда не случалось.
— Я верю тебе, — тихо говорю я ей в спину. — Только… Знаешь, когда мы с тобой общались детьми, Мию я видел в твоих образах, близнецов. Трейси, Иви, Викторию… А вот Гилморов знаю только потому, что у Алекса друг Кевин Гилмор, и что Аниша, которую ты тоже частенько вспоминала, любила его. Видимо, он успел стать частью твоей жизни, когда мы уже перестали общаться.
— Видимо, — пробурчала она. — Какая теперь разница? Он умирает! Умирает, а я… Мало того что ничего не могу сделать, так еще и… шаталась с тобой по лесу все это время!
— Не думаю, что ты могла как-то повлиять на ситуацию с Джаем, однако… — я просто не в силах слышать в ее голосе отчаяние. — Я могу помочь, Люси. Я помогу, я понимаю, что этот парень действительно дорог тебе! — я встал и отошел к другой стене вагона, чтобы ее эмоции не мешали рассуждать здраво.
— И как же ты можешь помочь?
— Ты не забыла кто я? — горькую усмешку подавить не получилось. — Безупречные могут исцелять людей, даже в самых безнадежных случаях.
— А… — она приоткрыла рот от удивления. — Разве не от чипа зависят ваши способности?
— Нет, — я повернулся и посмотрел в открытую дверь вагона. — Чип только помогает не терять силы при этом. Без него придется восстанавливаться какое-то время. Мне нужно чтобы ты, не привлекая внимания, провела меня в лазарет. Все с ним будет нормально, обещаю.
Я уставился на носки своих ботинок и сложил руки на груди. Закрылся. Мда, поза как раз себя выдает. Я пытаюсь, стараюсь всеми возможными силами абстрагироваться, но в груди нарастает и выжигает горячий комок безысходности. Когда Люси ответила мне на поцелуй, я подумал было, что… у нас может что-то быть. Но теперь я вижу, она страдает, и мое присутствие этому причина. Я не могу так поступить с ней, я ведь хочу, чтобы она счастлива была. Пусть даже и не со мной.
Девушка опять сползла на пол и беззвучно заплакала. Я чувствую ее смятение, растерянность и тревогу, но не могу помочь ей здесь и сейчас. Очень хочется подойти, но я не делаю этого. Не стоит. Ей будет только тяжелее.
— Приготовься, — говорит мне Люси через какое-то время, и я не узнал ее осипший голос. — Сейчас опять будем прыгать.
Я выглянул из открытой двери вагона и окинул взглядом разномастную поверхность крыш.
— Не думай. Просто прыгай. Оттолкнись только посильнее, — сказала мне девушка и, коротко разбежавшись, буквально взлетела над пропастью в несколько этажей. — Давай Риз! — кричит она мне уже с крыши. — Не медли, хуже будет!
Она права, ни о чем не думать, просто оттолкнуться и лететь. Будто это дерево и надо перепрыгнуть с ветки на ветку, с перил на перила… Не думать, просто прыгать. Разбег, прыжок, доли секунды в невесомости и ноги врезаются в шероховатую поверхность крыши, а тело, протащив меня вперед по инерции еще на пару шагов, распласталось на мелкой гальке.
— Ну и порядочки у вас, — пробурчал я и заметил, что Люси прячет усмешку. — Что смешного-то? — нахмурился я. — Мне еще ни разу не доводилось прыгать с поездов, идущих на полном ходу.
— Пошли, сейчас опять будем прыгать.
— Опять? — вот черт возьми! — Да сколько можно!
— Не ной, а то подумаю, что ты не хочешь стать бесстрашным, — скупо улыбнулась Люси, и я понял, что она заметно повеселела после того, как я пообещал помочь ее парню. Ну тоже неплохо.
— Да, мамочка, — ехидно ответил я. — Как скажешь.
Девушка ведет меня к парапету и тут я понимаю, что нам нужно будет… Да что ж такое! Нужно с крыши прыгнуть прямо в разлом, а там внизу, между прочим, этажей семь, если не десять.
— Это что, издевательство какое-то?
— А как ты хотел стать бесстрашным, Риз? Это часть инициации, я говорила, что просто не будет. Давай, залезай и прыгай!
