Я хотела было возразить, но в самый последний момент поняла, что это звучало подобно уговорам. Не важно, кто именно спас меня в ту ночь. Главное, что люди остались живы, вилланы признали свои ошибки и перенаправили свою энергию в полезное русло. Адриан был серьезно ранен – но несмотря на это, так же, как и сейчас, нежно и уверенно держал мою руку в своей, поставив свою жизнь на спор с удачей во имя поддержки и утешения.
– Потом, когда все закончилось, я вернулся в родовой замок. Я хотел доказать, что имею право стоять рядом с вами. Видите ли, мужчине нелегко отказаться от своих слов… Но и путем своего отца я не мог больше идти. Таким образом, вместо того, чтобы ломать чужие судьбы, пытаясь что-то доказать окружающим и самому себе, я решил вложить деньги и накопления в формирование университета, – немного горделиво поведал Адриан. – Ваша идея о конном заводе натолкнула меня на эту мысль! Я подумал, если графиня Брэйнхорт нашла такое прекрасное применение своим деньгам – то почему я не могу? Растить новые умы, вкладывать в них все самое лучшее…
– Образование творит чудеса, – кивнула я, пытаясь показать, что понимаю намерения этого человека. – Просвещённая молодежь – прекрасная почва для будущих перемен к лучшему.
Адриан улыбнулся, наклонившись к моему лицу – так, что наши носы почти касались друг друга. Глазами, полными летнего солнца, он скользил по моим чертам, пока его свободная ладонь ласково поглаживала кончик моего подбородка.
Мое сердце утонуло в нежности. Я уже почти прикрыла свои глаза, потянувшись навстречу обожаемым губам, как вдруг со стороны входа в галерею услышала слабый шепот Оливера:
– Да целуй ты ее, господи! Сколько можно трепаться обо всякой ерунде…
– Точно!.. – недовольно цокнула моя матушка.
Кажется, это замечание услышала не только я, но и Адриан, так как он тотчас прыснул со смеху, с трудом удерживая хохот. В тот же миг на своих губах я почувствовала его – горячие и дерзкие. Конечно, при свидетелях он мог бы ограничится только самым скромным поцелуем, но уже этого долгожданного прикосновения было достаточно, чтобы сердце неистово заколотилось – будто самый быстрый цокот лошадиных копыт.
– Миссис Брейнхорт, – произнес он, обвив руками мою талию. – Не желаете ли сменить вашу фамилию на более короткую?
Конец.
