— Солнышко, к сожалению, целостной системы защиты и помощи пострадавшим от торговли людьми от момента идентификации жертвы до предоставления убежища и дальнейшей реабилитации в России пока нет по ряду объективных и субъективных причин.
— И какие — объективные?
— Трудность идентификации самих жертв, например, когда пострадавшая не стремится быть раскрытой, а, наоборот, старается утаить свою историю.
— А субъективные?
— Субъективные… Для реализации Закона о государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства из бюджета должны быть выделены достаточные средства.
— Ну, понятно… средств, как всегда, не хватает… Может быть, проще тогда проводить работу по предупреждению работорговли?
— Возможно! И тут, надо сказать, большое упущение. Да и как убедить мечтающих о красивой жизни девчонок, что фирмы, которые ищут кандидаток на работу за границей по объявлению или лично, на самом деле набирают будущих сексуальных рабынь, какую бы сферу деятельности и должность они им ни предлагали! В Турции ни няней, ни даже уборщицей официально устроиться невозможно: здесь высокий уровень безработицы, им своих бы «нянь» пристроить! В России же пока нет правовой базы, позволяющей контролировать организации, трудоустраивающие наших граждан за рубежом.
— Да уж…
— Потому к нашим соотечественницам и отношение соответствующее сложилось: турки прекрасно знают, что российских девушек вряд ли кто-то будет защищать в чужой стране. Бывает, что и туристические агентства не гнушаются такими делами. Была одна фирма под названием «Меридиан», которая предлагала девушкам не только отдохнуть в Испании, например, но и подработать в процессе — пособирать фрукты. Нетрудно догадаться, где они оказывались и какие «фрукты» им приходилось собирать.
— Юра, ну а серьезные механизмы по освобождению наших граждан какие-то есть? Ты вот, например, не просто так здесь бываешь?
— Это все, к сожалению, эпизодически, Надюша. Сотрудничаем, конечно, с ФСБ, с Интерполом… Кстати, мне предлагают место в Центральном национальном бюро Интерпола. Ты не возражаешь? Ладно?
— А почему я должна возражать? — удивилась Надежда. — У тебя будет больше возможностей по раскрытию разных… подобных дел! Да и кто я такая, чтобы возражать?
— Кто ты такая? Ну как тебе не стыдно! — он посмотрел на нее с упреком.
— Значит, за пределами России наши граждане, можно сказать, не защищены? — продолжала возмущаться она.
— Не совсем так, конечно. Но даже на наш МИД девушкам, сбежавшим из рабства, рассчитывать вряд ли приходится — в российских посольствах им обычно совсем не рады. Можно, конечно, обратиться в полицию. Но, к примеру, в странах Арабского Востока предусмотрено уголовное наказание за проституцию, и никого не интересует, добровольно девушки этим занимались или по принуждению. Скорее всего, при поимке их некоторое время подержат в тюрьме, после чего депортируют на Родину. В Турции древнейшая профессия легализована, но обычно «рабыни» из стран СНГ находятся здесь нелегально: длительность безвизового пребывания на территории страны просрочена. Поэтому и им прямая дорога — в тюрьму для иностранцев… с последующей депортацией… Но лучше избегать депортации из любой страны, чтобы не перехватили и не вернули рабовладельцу. Были такие случаи… Поэтому разумнее связаться с родственниками или с кем-то еще. Думаешь, почему я сразу решил сам лететь? И почему был против, чтобы ты заходила в те заведения? Но пугать тебя не хотелось, надеялся, что не пойдешь… Могла бы печально закончиться твоя самодеятельность!
— Как, оказывается, все сложно.
— Ну… несмотря на сложности, дела продвигаются! Благодаря новым поправкам в Уголовный кодекс к ответственности можно привлечь не только работорговца, но и посредника, который отправлял девушку за рубеж. Конечно, такие дела очень сложно расследуются, но все зависит от профессионализма сотрудников. За последние два года, например, ФСБ совместно с Интерполом и при некотором участии нашего ведомства ликвидировали крупную международную банду работорговцев. Всего задержано четырнадцать подозреваемых: восемь — в России и шестеро — за границей. Раскрыто немало дел о пропаже россиянок в Турции, Арабских Эмиратах, Израиле…
— Юра, а есть ли какой-то фонд помощи девушкам, освобожденным из такого рабства?
— Про фонд не знаю, но существуют общественные организации, которые этим занимаются. А что?
— Можно деньги туда перевести…
— Можно. Есть движение «Альтернатива», спасающее пленников от рабства. Есть организация «SOS Россия», которая, совместно с МИД помогла вернуться домой многим россиянкам.
— Реально помогают? Не просто — для галочки? — поинтересовалась Надежда.
— Реально.
— А реквизиты поможешь узнать?
— Конечно!
— Ну, вот и хорошо! Освобожденным девчонкам деньги раздадим, а оставшиеся — переведем на благое дело противодействия торговле людьми! Можно, наверное, на конкретные нужды — на защиту и реабилитацию? И на их транспортировку домой, — планировала Надежда.
