— Это уж ты сама договариваться будешь! — развел руками Юрий. — Ну, Надюша! Ты просто Дубровский какой-то… в женском обличье! — не переставал удивляться он.
— Дубровский грабил помещиков и других граждан, ставших законопослушными, хотя бы формально. А мы забрали… вернее, я забрала деньги у бандитов, и деньги эти заработаны преступным путем! Они же молоденьким девчонкам судьбы ломают! Так вот, эти девчонки имеют полное право хоть на незначительную компенсацию! Нашим государством такая компенсация предусмотрена?
— Опять риторический вопрос, — задумчиво произнес Юрий.
— Так они ее от нас получат! Домой смогут вернуться, на ноги как-то встать, одеться, в конце концов! Одуматься, получить образование… Чтобы не пришлось искать сомнительных заработков. А там, глядишь, и мозги на место встанут.
— С тобой не поспоришь…
— И не спорь!
Вернувшись в свой номер, Устинова разбудила Ирину:
— Ира, просыпайся! Сколько можно спать? Дела ждут!
— Ой, какие дела, Надежда Владимировна? — потягиваясь, спросила девушка.
— Дела всегда найдутся, — заверила ее Надя.
Пока Ирина принимала водные процедуры, ее наставница с видом полководца-стратега обдумывала план дальнейших действий.
Ира вышла из душа румяная, свежая, как спелое яблочко, и даже внушительный синяк под глазом не портил очарования ее белого личика. Надежда невольно залюбовалась ее молодостью.
— Ириночка, синяк не забудь замазать, — напомнила женщина, — и губка еще не зажила…
— Хорошо… Надежда Владимировна, вы такая счастливая! — сменила вдруг тему Ира.
— Что? — удивилась Надя.
— Он вас так любит! Этот ваш полковник, Юрий Петрович… Даже завидно!
— Завидно?! Так он же не султан! Чему же ты завидуешь?
— Но зато как любит! Так на вас смотрит! И вы такая счастливая!
— Иринка, и ты будешь счастливая! Если, конечно, глупостей не натворишь… Вон ты какая у нас молоденькая да хорошенькая!.. И умненькая, я надеюсь, — Надежда не собиралась обсуждать с подопечной свою личную жизнь, какой бы очевидной она ни была…
В тот же день Юрий устроил Наде встречу с девушками. Они ждали ее в кафе по пути в аэропорт Ататюрка. Устинова заранее взяла из тайника деньги — столько, чтобы каждой из девяти потерпевших выдать по кругленькой сумме, и еще мелочи — на текущие расходы…
Девушки были очень рады нежданному вознаграждению и обещали помалкивать об этом. В приподнятом настроении сидели за длинным столом, пили чай с турецкими сладостями.
— Девчонки, девчонки! Как же вас занесло-то сюда? — спросила Надя.
— Ой, и не говорите! Теперь даже не верится! — ответила бойкая блондинка, сидящая рядом с Надеждой. — По ужасной глупости!
— Да, особенно уж ты, Катюха! Сама приперлась к Мехмеду работу искать, — напомнила ей Юля, которая тоже была здесь.
— Ну, откуда же я знала, — оправдывалась «Катюха», — я ведь два раза купилась! Один раз — дома, в Туле. Туда вербовщики приехали из международной торговой фирмы, предлагали девушкам быстренько оформить договор, билеты в Стамбул за счет компании, оказать помощь сулили… У нас в Туле работу не найдешь нормальную, а они зарплату хорошую пообещали…
— Кем работать-то собиралась? — спросила Надежда.
— Продавцом, — Катя, увлекшись беседой, пролила свой кофе. — Они продавцов и официанток набирали. Паспорт забрали, а меня и еще одну знакомую привели в такой жуткий гадючник! Заставили… ну, сами понимаете. Сначала мы, конечно, не хотели, думали, что откажемся, и нас отпустят. Но нас так… отделали, что потом уже мы больше не сопротивлялись. А спали все вместе в подвале, без белья, на каких-то матрасах. Не кормили даже нормально.
— Как же ты оттуда освободилась? Убежала? — поинтересовалась Устинова.
— Нет, они сами отпустили, когда срок договора закончился. Через полгода. Вернули паспорт, даже денег дали. Сказали, что такая зарплата причитается «плохому продавцу»… А там и на авиабилет до Москвы не хватало. Да и как домой лететь? Что я там скажу?.. Приехала с заработков, вся потасканная, без гроша в кармане. У меня такой вид был — страшно на себя в зеркало смотреть! Поселилась в одном дешевом отеле, решила отдохнуть несколько дней, отоспаться, а потом работу искать. Ну, и нашла! У Мехмеда… Я в танцевальной студии занималась, когда училась в школе. А тут… зашла в ресторан, смотрю: девушки танцуют. Меня сначала Эльзе показали, потом забрали паспорт. Но у Мехмеда все-таки не так ужасно, как в том притоне. До сих пор в дрожь бросает! Правда, все равно всех потом в дешевые бордели продают, — закончила свой рассказ Катя.
