Потоптавшись посреди гостиной, я решила — да какого черта! Они все с ума посходили, возможно — попали под влияние Снежина. Да, точно. Он их всех заколдовал. А Туманов притворяется, потому что он — дознаватель, это его работа. Ну не верю я, что умный и опытный полицейский, зная, что я Ратмира ненавижу и специально спрятала от него Ника, может поверить в то, что я сбежала со своим бывшим любовником.
Утро вечера мудренее. А я, между прочим, у себя дома. И у меня тут есть собственная уборная с большой ванной. И водопровод. И нагревающий воду артефакт. Пусть все отправляются к икшарским демонам, а я пока приму ванну. И никто мне не помешает.
Нежась в горячей воде с розовым маслом, я мрачно размышляла о том, что жизнь — крайне странная штука. И все же провидение всегда было ко мне милостиво. После бед и испытаний оно всегда осыпало меня подарками. Изменил муж? Ну, так появился великолепный любовник. Любовник сбежал? У меня остался замечательный сын. Государь отправил в ссылку? Зато теперь у меня есть чудесный дом и целый Вышецк. Похищение? Да плевать, вообще не жалею. Барги… он того стоил.
Стало быть, и теперь унывать не нужно. Когда все закончится, а оно закончится, я в этом нисколько не сомневаюсь, жизнь подарит мне что-то прекрасное и драгоценное. Нужно только подождать. Совершенно успокоившись, я отправилась в постель и быстро уснула, и сны мне снились очень даже приятные. Но рассказывать о них я бы, конечно, постеснялась.
Наутро я надела самое роскошное свое платье — шелковое, цвета шампанского, с тонким кружевом и глубоким вырезом. Если уж мне предстоит сражение с мужчинами, то нужно вооружиться, а что может быть действеннее рискованного декольте? Ни один нормальный мужчина не будет жесток с женщиной, у которой такая великолепная грудь!
Шелестя юбкой, я спустилась в столовую, где обнаружила только Ильяну с дочерью. А где же Туманов? Где господа офицеры? Меня даже не охраняют? А если я опять сбегу? Какая вопиющая небрежность!
— Дорогая, как я рада видеть тебя невредимой, — бросилась ко мне госпожа Туманова, нежно обнимая. — Я так волновалась! Ты в порядке?
— В полном, — заверила ее я, судорожно вздохнув. Оказывается, я все же волновалась. И безусловная поддержка подруги мне сейчас очень нужна. — Я тебе все расскажу!
— Не нужно, — внезапно отказалась Ильяна. — Не сейчас, потом. Я должна быть на стороне мужа, а у него… свои игры. Прости.
Я внимательно на нее посмотрела, убеждаясь в том, что была права. Туманов все же не идиот. И пусть я для него — лишь пешка, но хотелось бы верить, что мне предназначено стать королевой, а не быть съеденной в середине партии.
— Тогда ты расскажи, что тут было, — покладисто согласилась я.
Ильяна перевела дух, виновато улыбнулась и крепко сжала мою ладонь.
— Хочешь чаю? Я принесу.
— Не откажусь.
Что же, Барги был прав. Мое исчезновение наделало немало шума. Как так вышло, что Зариан остался незамеченным? Его никто не видел с моим телом в руках, он каким-то невероятным образом миновал все патрули и увез меня в горы, видимо, тайными тропами. Я и не сомневалась, что местные не всегда пересекают границу через главную заставу. Контрабанда была, есть и будет. На этот раз контрабандой протащили меня. И все же к Ермилину у меня несколько вопросов. Он не слишком хорошо следит за порядком в Вышецке. У него тут женщин похищают, а он и не знает…
— Это было ужасно! — с нервным смешком рассказывала Ильяна. — Ты не спустилась к завтраку, потом к обеду… Спальня пуста, постель не тронута. И никаких следов. Не знали, что и думать, искали тебя по всему городу. Не нашли, разумеется. А через несколько дней появился князь Зариан и рассказал: тебя видели в Икшаре вместе со Снежиным.
— Да неужели? — пробормотала я. — И кто же видел?
— Свидетелей было предостаточно, — заверила Ильяна. — Допросили несколько человек, все твердили одно: Снежин был с темноволосой уруской женщиной, которую звал по имени.
Я тихо выругалась. Мне совсем не понравилось услышанное.
— И что Туманов?
— Георг очень разозлился. А Ермилин так орал… очень по-солдатски, знаешь ли.
— И как же, по их мнению, я пересекла границу? — мрачно спросила я.
Ильяна только развела руками.
Больше всего в этой ситуации меня расстраивало то, что я выглядела в глазах всех знакомых полной идиоткой. Репутация распутной женщины и то мне нравилась больше. Будь проклят Снежин, из-за него я опять вляпалась в какое-то дерьмо! Мог бы просто попросить денег! Я бы, конечно, послала его к черту, но так хотя бы честно. Все эти его непонятные интриги угнетают и откровенно пугают.
Хмурясь, я постукивала ногой по полу, крутила в руках чашку, теребила цепочку на шее — словом, вела себя совершенно неприлично. К счастью, Ильяна не обращала на это никакого внимания, мягко продолжая свой возмутительный рассказ:
