– Что за записка? – спрашивает она, и Дейн объясняет вкратце. – Нет, уверена, кузен никуда вас не приглашал: если бы это понадобилось, наш дом подходит для тайной встречи лучше любого другого. Лорд Ниорис… тоже нет. Вы ведь уже бывали у него, верно?
– Да, миледи.
– В таком случае ему незачем изменять обыкновению. Покажите мне записку, лорд Данари, будьте любезны!
Он исполняет просьбу, прижав листок к блестящей поверхности, и слышит вздох:
– Ничего не могу разобрать. Почерк действительно напоминает почерк моего кузена, а слова неразличимы. Это послание только для вас, лорд Данари.
– Миледи, а почему вы не упомянули лорда Сейтена? – спрашивает Дейн. – Неужели ему не могло потребоваться встретиться со мною втайне от всех?
– Этому несчастному мальчику? – тихо отвечает леди Гиденна. – Не думаю. Он слишком прямолинеен для подобного. Может, кто-то из его родни?.. Нет, не возьмусь гадать, я же не лорд Ниорис… Но кто бы это ни оказался, прошу вас, лорд Данари, будьте осторожны и не суйтесь в западню!
«Она сказала это… мне?» – Дейн почему-то забывает, как дышать, а леди Гиденна продолжает:
– И раз уж вы придумали, как оживить эти древние приспособления и даже создали собственное, может, сделаете их поменьше? Сами посудите: если бы у моего кузена и остальных лордов имелось подобное устройство размером с ладонь, не пришлось бы гадать, кто из них подбросил записку. Я хочу сказать, хотя бы их вы смогли бы исключить сразу, а не мучиться сомнениями.
– Дельное предложение, миледи, – отвечает он, – но тогда пришлось бы гадать, не потерял ли кто-то свое связное устройство, не украли ли его, не подделаны ли голос и лицо…
– Вы же ученый, – она едва заметно улыбается, – неужели не сумеете решить эту проблему?
– Сумею, конечно же. Выкрою немного времени, и…
«И первую такую игрушку преподнесу вам», – едва не срывается с губ Дейна.
Нет, разве можно дарить недоработанный прототип? Мало ли что может в нем разладиться… Сперва нужно проверить все как следует, и тогда, быть может, он рискнет сделать подарок леди Гиденне.
– Берегите себя, – повторяет она. – Монтак с вами? Можете ему доверять – я знаю его с детства. Пускай проверит, что это за место встречи.
– Но…
– Неужели вы не сможете надеть на него свою личину?
– Думаю, он и сам сумеет это проделать, – немного сконфуженно отвечает Дейн и, как ни хочется ему поговорить с леди Гиденной еще немного, произносит: – Вынужден откланяться, миледи.
– До встречи, милорд, – отвечает она. – Надеюсь увидеть вас снова – лицом к лицу, но без этой железки между нами.
Связь прерывается, и Дейн с полминуты не может отдышаться. Спасибо, Риц молчит и не отпускает двусмысленных замечаний, хотя все видел и запомнил, конечно же, и доложит хозяину. С другой стороны, если бы леди Гиденна не доверяла этим людям, разве стала бы говорить при них подобное? Или она сделала это нарочно, чтобы подразнить кузена? Кто поймет женщин!
– Идем, – говорит Дейн. – Кажется, Монтаку придется прогуляться.
– Будто он без вас не догадался, милорд, – невозмутимо отвечает Риц.
– Но…
– Без приказа не имеем права.
– Ах вот как…
Во дворе все по-прежнему: кажется, телохранители даже позы не изменили. Разве что Майни присоединился, обиходив коней – слуг те не слушаются и норовят загрызть.
– Леди Гиденна права, милорд, – говорит Монтак, выслушав Дейна, – я хотел предложить то же самое, но решил повременить.
«Покуда я сам не додумаюсь?» – усмехается тот про себя, вслух же говорит:
– В таком случае поезжайте к назначенному часу в это место и узнайте, кому и зачем я вдруг потребовался. А личина…
Вместо ответа Монтак смотрит Дейну в глаза, и тот поражается – внешность столичного жителя опадает с телохранителя клочьями, как осенние листья под сильным ветром. Проступает истинное его лицо – действительно, северянин, еще более смуглый, нежели лорд Кервен, и глаза иные, темные, как морская вода в полынье. Светлые волосы острижены так коротко, что сквозь них просвечивает старый шрам, уже побелевший от времени… И почти сразу же почти белая щетинка начинает удлиняться, вьется мягкой волной, золотится; в морские глубины проникает яркий луч, и глаза делаются темно-голубыми, как у Дейна, а кожа светлеет – теперь она уже не коричневая, выдубленная ветрами, снегом и солнцем, а едва загорелая. Меняется и тело: Монтак ростом ниже Дейна и более коренастый, если не сказать квадратный, теперь же вытягивается на полголовы и обретает совсем иную фигуру и осанку.
Удивительно странно смотреть в глаза себе самому, но и интересно тоже: отражение в зеркале – совсем не то…
– Надеюсь, милорд одолжит мне прогулочный костюм? – спрашивает Монтак собственным голосом, и это разрушает наваждение. – Чтобы не тратить силы понапрасну?
– Могу хоть этот отдать, – отвечает Дейн, вспомнив собственные наставления Ксенне касаемо превращения предметов. – Погодите, разденусь только…
