Украинский историк и археолог Яворницкий, занимавшийся историей Сечи, и, кстати, консультировавший Репина, когда тот работал над своей знаменитой картиной «Запорожцы пишут письмо турецкому султану», сообщает о морских походах запорожцев удивительные подробности.
Во-первых, на борту каждой «чайки» имелись навигационные приборы нюрнбергской работы (т. е. лучшие в то время).
Во-вторых, на борту не было спиртного. А ведь запорожцам бывало даже в могилу клали графин с «горилкой»! Но во время морских походов пьянство строго запрещалось. Пьяного казака беспощадно выбрасывали за борт.
Случались и совместные набеги донских и запорожских казаков[30] (разумеется, не в Смутное время). Не так уж велико Черное море, до любого его города доходили казаки. Турция была на вершине могущества, но с казачьими набегами справиться не могла. Обычно казаки подходили внезапно, ночью, и цветущая местность обращались в пепелище. Случалось, внезапной атакой захватывали они довольно значительные города — Синоп, Трапезунд, Варну (Болгария была тогда турецкой). Даже окрестности Стамбула страдали. Во время этих набегов доставалось и христианским подданным султана и крымского хана (близкий Крым грабили особенно часто). Грабили армян, греков (православных, как и казаки) и вообще всех, кто подвернется. Но христиан без нужды убивали редко.
Если удавалось тогда сильному турецкому флоту казаков перехватить, начинался морской бой. Турки старались использовать преимущества своей более тяжелой корабельной артиллерии. Казаки же стремительно шли на сближение и брали врага на абордаж. Поэтому и на море они предпочитали сражаться ночью. С большим турецким кораблем старались одновременно сцепиться 3–4 «чайки». (По тогдашне военно-морской терминологии это называлось «Атака пчелиным роем».)
После боя хвастаться турецким морякам обычно было нечем, хотя случалось всякое и на суше, и на море. А устье Днепра мелководно. Там могли проходить «чайки», но не турецкие корабли, если они пытались за ними гнаться.
Все это, конечно, происходило летом — зимой тогда редко воевали, особенно на море и особенно казаки. Для них неблагоприятен был не только штормовой, но и просто свежий ветер. Их легкие беспалубные гребные суда, быстрые и верткие, наиболее эффективно атаковали врага в тихую погоду. При мало-мальски серьезном ветре «чайки» сильно качало, что снижало меткость стрельбы. А уж если их начинало захлестывать волнами, то они теряли свое главное преимущество — быстроходность. Тяжелым большим кораблям, составлявшим главную силу турецкого флота, такой не очень сильный ветер мог быть только полезен, если был попутным. Так что в ветреную погоду преимущество турок в артиллерии становилось фактором серьезным. А так как тихая погода обычно бывает летом, то в основном тогда и плавали казачьи флотилии по Черному морю в поисках добычи и славы.
Был случай, когда «чайки» появились и на Балтике. Речь Посполитая в 20-30-е годы XVII века боролась там со шведами. У поляков флота не было. Его начали энергично создавать, нанимая опытные немецкие (из Данцига) и датские экипажи — Дания и Швеция, в ту эпоху, вечно враждовали. Вышло, в общем, неплохо. Но очередной сейм нашел флот дорогим и лишним новшеством. Оставив свои морские начинания, поляки обратились к казакам. И те не подвели. Их небольшие суда без особого труда доставили на Балтику. И они там себя хорошо показали.
Эти морские набеги казаков очень обостряли отношения Речи Посполитой и Османской империи, тогда очень сильной. Из Стамбула шли жалобы и угрозы. Поляки отвечали, что казаки — люди дикие, им не подвластные, и, в свою очередь, жаловались на татарские набеги. Однако эти отписки не всегда помогали. Положение могло обостриться очень некстати. И это сильно беспокоило Варшаву.
