Я, пересилив себя, сделала шаг в сторону убитого. Это был немолодой мужчина с бородой веником и глубоко сидящими глазами. Снег вокруг него был тёмным от крови и земли. Рядом валялся наполовину обугленный обломок копья с ржавым наконечником. Этот человек явно был разбойником. Я неловко присела возле него, краем глаза заметив, как Ангаквар двинулся в обход поляны, глядя по сторонам. Моё внимание же занял убитый. Я смахнула перчаткой снежинки с его лица и закрыла ему глаза. Была ли у него семья, дети? Кем он был до того, как пошёл в разбойники? И главное – что за маг расправился с ним и его шайкой?
Сколько я так просидела – не знаю, но когда Ангаквар, взяв меня за руку, помог встать, почувствовала, что ноги изрядно затекли.
– Их было пятеро, – сообщил эльф, хмурясь. – Все убиты колдовством, и каждый – по-разному. Вернёмся.
Помедлив он добавил, несколько прояснившись лицом.
– Зря мы перепугались, оказывается.
Обратно мы шли уже по дороге.
– Скажите пожалуйста, почтенный, – спросила я, после некоторого молчания. – А отчего вы решили идти сами? Почему не послали Койда или Льонги?
– Это мой гном и мой человек, – ответил Ангаквар веско. – Стало быть я за них отвечаю. Хочешь быть первым в караване – будь первым во всём. Особенно когда становится опасно.
Эарин, узнав о сражении на поляне, сначала побледнел, а потом вдруг, ни с того, ни с сего, заявил, что этих людей непременно следует похоронить. На спор братьев подтянулись остальные, поддерживая Ангаквара.
– Некогда нам с покойниками возиться! – заявил Льонги.
– Мёртвым всё равно, – добавил Андо. – Пусть они упокоятся в желудках зверей, это не против воли Илвинан.
– Это не так долго! – стоял на своём Эарин. – У вас что, сердца нет?
– И как ты собираешься рыть мёрзлую землю? – недовольно спросил Ангаквар.
Эарин на мгновение задумался, а затем выразительно посмотрел на меня.
– Что? – меня передёрнуло. – Не вернусь я больше на эту поляну, хватит с меня покойников!
– Маржи! – умоляюще произнёс Эарин. –
В конце концов ему удалось меня уговорить. Ангаквар отпустил нас на поляну, а остальным велел заняться устройством привала.
– Ну что, ты придумала, что надо делать? – спросил Эарин, когда мы оказались на поляне. – Разведёшь костёр, чтобы прогреть землю, или попробуешь что-то ещё?
– Подождите-ка, – произнесла я задумчиво. – Я попробую сделать так, что даже рыть ничего не надо будет.
– Что ж, дерзай.
Я твёрдо решила использовать какое-нибудь заклинание земли. Потопталась на месте, чтобы лучше почувствовать твёрдую от холода землю под ногами. Эх, жаль нельзя разуться, как Тоф Бей Фонг! Я попыталась вложить в свою правую ногу всю силу, и обычную, и – мне очень хотелось верить в это – магическую. А потом с силой топнула, надеясь, что из этого выйдет хоть какой-нибудь толк.
Толк и впрямь вышел. От моей ноги через всю поляну протянулась внушительных размеров не то канава, не то трещина. Я услышала, как Эарин тяжело вздохнул.
– И как мне теперь это закапывать?
– Я что-нибудь придумаю! – заверила я его, хотя меня вовсю терзали сомнения.
Пока Эарин стаскивал тела в яму, я стояла, отвернувшись от неё и лихорадочно размышляла, что же делать. Заметив, что Эарин закончил, я зажмурилась и топнула снова. Появилась ещё одна трещина, перпендикулярная первой. Блин! Впрочем, Эарин вышел из положения, кое-как забросав тела мерзлой землёй, раскиданной по всей поляне. Затем он присел над могилой и заговорил.
– Илвинан, Великая Матерь, в чьей власти все жизни и смерти! Разреши нам помочь этим людям предстать пред Твоими очами! Чтобы путь указала Ты верный, которым пойдут они дальше. Ибо долг наш таков пред Тобою, принятый от рожденья. Я Эарин из рода Хисина, а вот Маржинель из Гогара. Я знаю, что нас Ты слышишь, дай знаки увидеть Твои нам!
Закончив молитву, он снял перчатку и коснулся ладонью земли.
– Ну, вот и всё, – произнёс он, поднявшись. Мы направились в сторону лагеря. Через несколько шагов я обернулась, и увидела, как на поляну вышел кряжистый матёрый кабан. Он пересёк поляну и, остановившись точно над могилой, принялся обнюхивать землю.
– Эарин! – шепнула я, дёрнув его за рукав. Эльф остановился, обернулся и без всякого удивления взглянул на зверя.
– Вот видишь, Маржи, – тихо произнёс он. – Помощник тут как тут. Пойдём-ка отсюда.
Кабан тем временем оторвался от своего занятия и уставился на нас. Затем неторопливо затрусил в нашу сторону. Я испуганно взглянула на Эарина, но тот оставался безмятежен. В паре шагов от нас кабан остановился и уставился на нас, дёргая пятачком. Эарин низко поклонился зверю. Я, на всякий случай, последовала его примеру. Когда мы выпрямились, кабан топнул передней ногой – и исчез, как будто его и не было.
– Так всё-таки, Эарин, – спросила я, когда мы уже возвращались к фургону, – Что это был за камень, от которого волки так присмирели?
Эльф вновь достал камень и протянул мне.
– А ты понюхай.
