Когда я приехал в офис, отца в нём не было. За весь день он так и не появился, перенеся пару встреч. Я же тупо просидел в стенах своего кабинета, понимая с кем он и чем занимается. В больнице, где работает Абрамова мне сообщили, что у неё выходной. Единственное, что мне хотелось – блевать, стоило только представить её с моим отцом в одной постели. Терпению Моники можно только позавидовать, столько времени без мужика. Хотя, если у тебя есть цель, и не на такое пойдёшь. Знать бы какая она у неё. Что ей нужно? Не бывает таких совпадений, чтобы Клима и его людей обстреляли именно там, где в единственной больнице на несколько километров работала Абрамова, именно в её смену. Неужели никто кроме меня до сих пор не задумался об этом. Интересно, что с ней сделает отец, если она хоть как-то в этом замешана? А Клим? Все, чьей поддержкой она заручилась, не просто отвернутся от неё, её сожрут, медленно и заживо, растягивая пытку. Мысль показалась мне настолько заманчивой, что я решил последовать примеру отца и отложить работу. Мне были нужны подробности.
Охрана дома Давлатовых впускала меня внутрь с какой-то опаской. Они будто не знали, что им делать. Проходя мимо них, краем глаза заметил как один из ребят Клима моментально начал кому-то набирать сообщение. Вроде ничего необычного, ведь я снова без предупреждения, но насколько мне было известно, для моих визитов в их дом согласование с хозяевами по-прежнему не требуется, желанным гостем я быть не перестал, как и частью семьи.
Тишина, значит дети на занятиях, осталось только найти Стеллу. Не стал долго раздумывать, отправившись на кухню, излюбленное ею место, где она обычно отводит душу, чтобы оставаться в здравом уме со своим мужем.
– Я догадывалась, что он грёбаный психопат, но не до такой же степени. – Послышался знакомый голос в незнакомой интонации.
– Может тебе чай, с ромашкой. – Это уже точно был голос Стеллы, который ни с чьим другим не спутаешь.
– Только не говори, что тебе он не показался странным. – Это определённо была она. Теперь, войдя на кухню, укрывшись за шкафом, я не только её слышал, но и видел. Моника сидела ко мне спиной, а Стелла стояла напротив, нежно улыбаясь. Так она обычно смотрит на детей, когда те выдают что-то в стиле своего отца, неожиданное и удивительное. – Как его вообще допустили к работе с такими наклонностями.
– Его все хвалят. – Озвучила Стелла неоспоримый факт.
– Для этого Клинский должен чудеса творить, не меньше.
– Ты яркое этому подтверждение. – Перестал скрываться, пройдя на кухню, собрав всё внимание на себя. Моника сразу отвернулась, не задержавшись на мне взглядом, а Стелла приветливо улыбнулась, мельком посмотрев на реакцию своей гостьи. – Стелла, угостишь и меня ромашковым чаем?
– Конечно.
Я сел никого не спрашивая рядом с Абрамовой, заметив как она отодвинулась, будто эти несчастные сантиметры её спасут. Красивая, без косметики, волосы собраны в небрежный пучок, платье белоснежное, свободное, как она любит, в котором её вчера отсюда уводил отец. Я за ней наблюдал и жрал её реакцию, когда она увидела, что я сделал с выделенной ей охраной. Даже сейчас она остаётся единственным человеком в этом мире, который понимает меня лучше всех, правда подзабыла на что я способен, но это поправимо, я уже начал. Явно недовольна моим появлением, но бежать не собирается, что особенно радует в этот паршивый день. Странная она какая-то, будто замученная. Где радость от достигнутой цели? Она сделала почти невозможное – затащила моего отца в постель после долгих лет его верности Насте. Не думал, что когда-нибудь кто-то сможет занять её место в жизни Виктора Царёва.
Стелла поставила перед нами две чашки, и когда Моника потянулась за своей, рассмотрел на сгибе её руки синяк от укола, совсем свежий, которого вчера вечером точно не было.
– Откуда он? – Обратился к Абрамовой, но та не обратила на меня внимания, игнорируя моё присутствие. Нет, пустым местом себя выставлять я не позволю.
– Стелла, я пойду, переоденусь.
– Ты помнишь где спальня?
– Да.
– Хорошо.
Моника практически исчезла, оставив меня наедине с хозяйкой дома.
– Что с ней? Опять недовольна моим присутствием? – Стелла врать не умеет, как и словесно изворачиваться, за это Клим особенно её любит, а ещё за истинно женскую мудрость, которой сейчас я буду эгоистично пользоваться.
– Просто трудный день. – Нет, так не пойдёт, мне нужен развёрнутый ответ.
– Из-за меня? Мне уйти?
– Нет, что ты. – Стелла замялась, пытаясь подобрать слова, явно не желая вдаваться в подробности.
– Вы были у Клинского. Чем он так её расстроил? – Пошёл в наступление. – Он сказал что-то плохое тебе? Мне ты можешь рассказать, я, в отличии от Клима, применю щадящие методы воспитания, чтобы подобное не повторялось.
– Нет. Он просто странно напомнил Нике, что они знакомы.
– Стелла, ты же знаешь, что я не отстану. Не скажешь ты, возьмусь за Абрамову.
– Не называй её так.
– Сама пусть попросит, тогда я подумаю. Не надо смотреть на меня, как на Клима, пришедшего в годовщину свадьбы без цветов и открытки с котиками.
