Я услышала хруст подъезжающих машин. Сразу поняла, что их несколько. Увидев знакомые машины Павел выбрался из внедорожника, теперь он напрягся по-настоящему, не понимая, что они здесь делают. Мне тоже пришлось встать. Всё происходящее было крайне неприятно, ведь делалось за спиной Виктора.
– Почему ты позвонила именно мне? – Первое что спросил Клим, когда я к нему подошла, предварительно попросив Павла сесть в машину и не вмешиваться в разговор. Я вытащила Давлатова среди ночи из постели, в которой он спал и бед не знал, сбивчиво рассказала всё без лишних подробностей, и сейчас, уже стоя рядом с ним, не понимаю правильно ли поступила.
– Я не знала, кто ещё сможет помочь.
– Сама как? – Клим принялся рассматривать меня, а я спрятала взгляд, чтобы он не распознал моих подлинных эмоций.
– Плохо.
– Может к нам? У нас он тебя не достанет.
– Нет. Прятаться я больше не буду.
За спиной Клима появились Серый и Белый, поприветствовав меня молчаливым жестом. Не думала, что ему понадобится помощь, и что появятся ещё свидетели. Хотя эти двое просто обязаны быть на моей стороне, потому что мало со мной знакомы и знают только с лучшей стороны – одному жизнь спасла, второму – брата.
– Не трясись. – Встряхнул меня Клим, мягко сжав плечи, используя фирменный способ Виктора. – И не смей расклеиваться снова. Депрессивная подруга моей жене не нужна. – Я не поняла, шутит он или серьёзно. По Климу редко понятно когда он притворяется, а когда нет. – Грач в курсе?
– Кто? – Не поняла его вопрос и уставилась как на ненормального, хотя до меня ему явно было далеко.
– Неудачная замена твоей любимой няньки – Паша. – Разъяснил мне Клим.
– Нет. А у тебя есть прозвище? – Решила использовать фирменный метод этой ночи на Климе, хоть раз выбить его из колеи, привести в замешательство, но на нём не сработало.
– Если я тебе скажу, ты будешь меня бояться. Царь мне запретил.
– Я хочу признаться ему сама. – Вспомнила причину почему стою перед Климом и дрожь пробрала снова.
– Не надо. – Его руки сильнее сжали мои плечи, боль отвлекла. – Если бы ты действительно этого хотела, то позвонила ему, а не мне. Всё, тебе пора.
– Спасибо. – Не знала, что ещё могу сказать, запутавшись в происходящем.
– За такое не благодарят.
– Я не могла поступить иначе. – Никак не могла угомониться, принявшись оправдываться, пытаясь в первую очередь убедить в этих словах себя.
– Могла. – Снова встряхнул меня Клим, не дав погрузиться в угрызения совести. – Ты всё правильно сделала. Заучи это к утру и тогда сдашь экзамен на отлично. А теперь иди, Ника. – Клим легонько подтолкнул меня к машине, и я пошла, не оборачиваясь. Когда села во внедорожник и обернулась, у входа в больницу уже никого не было.
Пока Павел вёз меня на экскурсию, я дремала на заднем сидении, обняв себя руками, пытаясь унять непрекращающуюся дрожь. Меня не отпускал вопрос о том, сколько ещё экспериментов над собой выдержит моя психика. До сегодняшней ночи я была уверена, что предел достигнут, но как оказалось я ошибалась.
Я вынырнула из полусна, когда машину начало трясти и мотать. Вокруг была пустота, по крайне мере мне так казалось из-за кромешной темноты. Я заметила серое строение, когда мы подъехали к нему вплотную и от металлической поверхности отразился свет фар.
– Почему здесь так темно? – Спросила у Павла, который почему-то начал казаться мне зловещим в этой обстановке.
– Небо заволокло вот и темно. В ясные ночи и зимой здесь вполне сносно. Насмотрелась уже? Поедем обратно? – Больше не спрашивал, а предлагал Павел, посматривая на меня в зеркало заднего вида.
– Нет. Хочу осмотреться, не зря же мы сюда ехали.
– Осматривайся сколько хочешь, я тебя здесь подожду. – Бросил в меня недовольно, устраиваясь на своём сидении, будто собирается спать.
– Разве ты не должен следить за мной? – Напомнила о его обязанностях, понимая, что боюсь идти одна, вспомнив сразу все фильмы ужасов, которые когда-либо смотрела.
– Как же ты достала. – Не постеснялся высказать своё мнение на мой счет Павел, сразу выйдя из машины. – Долго тебя ждать? – Продолжил он, своеобразно приглашая присоединиться к нему.
Я выбралась из машины сразу пошатнувшись. Поверхность на которую я ступила была усеяна камнями, которые больно впились в ступни, раскатываясь под ними. В этом месте даже воздух был жуткий, неприятно пробирающийся в лёгкие, хоть я и старалась глубоко не дышать. А ещё здесь была мёртвая тишина, именно мёртвая, и ассоциировалась у меня с кладбищем. Кажется я недооценивала жестокость Виктора, а ещё не разглядела в нём извращённую фантазию. Это место просто создано, чтобы сходить здесь с ума.
– Чего застыла? – Рявкнул Павел, и я вздрогнула.
Я его недовольство прекрасно понимаю: я ему не нравлюсь и даже не пытаюсь это как-то изменить, его слова про склеп тоже вполне обоснованы, так как я не раз его подставляла, то сбегая, то лишая возможности сообщать Виктору о каждом моём шаге, теперь вот сюда притащила.
– Здесь совсем нет никакого освещения? – Откладывала момент, когда нужно будет зайти внутрь.
– Внутри есть фонари.
