Руки у нее дрожали, когда она собирала пустые бутылки, хотя внешне казалось спокойной. Но я чувствовала в ней напряжение, а еще тоску, которой вовсе не находила объяснения.
— Умчался ни свет ни заря, даже не знаю, на чем. Автобус так рано не приходит. Может, такси из города вызвал?
— Он хоть заплатил? — с сомнением спросил Вадим.
— Да у него вперед заплачено было. Вечером выглядел озабоченным. Может, правда какие-то проблемы? Вот и засобирался…
— Он бинокль забыл, — сообщила я, указывая на бинокль.
Софья повернулась и вдруг побледнела — я почувствовала ее страх, причем не просто страх, она была в панике. Однако справилась с собой.
— Точно, его бинокль. Надо бы позвонить ему, вдруг вещь дорогая?
— Он ведь, кажется, издалека приехал? — спросил Вадим.
— Ничего такого он не говорил, — ответила Софья, торопясь уйти.
— Позвонить ему, конечно, стоит, — сказала я.
— Что? — не поняла она.
— По поводу бинокля. Мужчины любят свои игрушки. У вас ведь есть его телефон?
Я зачем-то подмигнула, и Софья буквально бросилась прочь.
— Чудеса… — протянул Вадим, переходя на шепот. — Похоже, без нас тут что-то произошло.
— Пырьев совершенно точно не собирался уезжать.
— Ну… разные бывают обстоятельства. Как у тебя с предчувствием? — усмехнулся Вадим.
Я пожала плечами.
— А мое просто орет во все горло. Надо будет выяснить, откуда прибыл наш любопытный друг.
— Хочешь заглянуть в журнал регистрации?
— Ага.
— Сейчас это вряд ли получится.
— Дождемся ночи. А пока предлагаю прогуляться.
— Куда?
— На озеро. Само собой, для поддержания легенды.
На озере мы пробыли больше часа, Вадим искупался, мне вода показалась холодной. В ожидании, когда Воин немного обсохнет, я увлеченно собирала полевые цветы. Сплела венок и водрузила его на голову Вадима.
— Это знак большой любви? — усмехнулся он.
— Безграничной, — серьезно ответила я и засмеялась.
Он оделся, и мы пошли в сторону маяка. Затрудняюсь ответить, почему именно туда. Увидев маяк, я вновь почувствовала странное беспокойство. Торопливо шла, все увеличивая шаг, пока Вадим не спросил, с сомнением глядя на меня:
— Куда ты бежишь?
Остановившись, я взяла его за руку.
— Что-то с ним не так.
— С маяком? Хочешь, взломаю дверь, и посмотрим?..
Я не была уверена, что хочу там оказаться. Чувства он рождал самые противоречивые. Тревожные. Маяк словно притягивал, но вместе с тем приближаться к нему не хотелось. До него оставалась примерно сотня метров, когда я сказала Вадиму, который внимательно наблюдал за мной:
— Не хочу.
— Я бы все-таки взглянул.
— Не думаю, что выбивать дверь — хорошая идея.
Он продолжал идти вперед, и я безо всякой охоты последовала за ним. Калитка была открыта и чуть поскрипывала на ветру. Дверь никаких изменений не претерпела. Вадим пнул ее ногой — держалась она крепко.
— Пойдем отсюда, — попросила я, беспокойство во мне все росло, и только когда расстояние между нами и маяком заметно увеличилось, я вздохнула с облегчением.
Мы не спеша поднимались в гору, вдруг что-то привлекло внимание Вадима, и он сменил маршрут. Через минуту мы стояли на дне оврага, и я наконец поняла, что его заинтересовало. Свежий след от костра. Вадим, взяв палку, разбросал обгоревшие поленья и устроился на корточках.
— Рыбаки, наверное, — сказала я, не очень понимая, что он ищет. Воин продемонстрировал мне клочок ткани.
— Рыбакам здесь делать нечего, — произнес задумчиво. — И до озера, и до реки слишком далеко. А вот чтобы сжечь что-нибудь, место идеальное. Костер из села не увидишь. Даже случайные прохожие вряд ли обратят внимание. А полыхало — будь здоров.
— Что сжечь? — нахмурилась я, разглядывая клочок ткани в его руках.
— Какой-нибудь хлам. Или улики.
— Тебе эта тряпка что-то напоминает? — насторожилась я.
— Ровным счетом ничего, — покачал головой Вадим и продолжил разгребать угли. Не обнаружив более чего-либо заслуживающего внимания, он отбросил палку в сторону. — Костер жгли ночью или рано утром.
— Может, ты все-таки скажешь, что имеешь в виду? — не выдержала я.
— Сам не знаю. Тебе маяк не приглянулся, а мне — этот костер. Пойдем.
Мы выбрались из оврага и вот тогда заметили машину. Она направлялась в сторону реки. Дороги там точно не было. Вадим проводил ее взглядом и нахмурился. Машина к тому моменту скрылась за перелеском. Не говоря ни слова, Воин продолжил путь, но то и дело оглядывался.
— Машина тебе тоже не нравится? — подала голос я.
— Интересно, куда она вдруг исчезла?
— Люди поехали на речку, — пожала плечами я.
— И где ты видишь машину?
Он был прав — если бы машина направлялась туда, мы бы ее не просмотрели.
— Где она? — нахмурившись, перефразировала я его недавний вопрос. — Может, в перелеске?
— Влюбленная парочка? — предположил Вадим. — Давай проверим.
Я не была уверена, что нам следует это делать, но за ним пошла. В перелеске машины не оказалось. След шин в низкой траве виден не был.
Пройдя вперед еще немного, мы убедились: машины и там нет. Я не очень понимала, почему она так занимает Вадима, но высказала предположение:
