Я не чувствую боли сильнее, чем боль в сердце.
Как она могла добровольно довести себя до такого состояния? Неужели она настолько хотела забыться? Забыть меня? Занюхать. Запить. Затрахать. До потери сознания и пульса.
– Ладно, мне пора, – Аластор заканчивает с моими порезами, вытирает руки антибактериальными салфетками и закрывает свой кейс. – Удивляюсь, что говорю это тебе, но… Не твори глупостей, Бостон. Я отзвонюсь тебе, как только получу результаты анализов твоей… Эм… Знакомой.
Я слабо улыбаюсь. Аластор всегда такой тактичный. Он знает Скайлар. Знает, что она уже моя невеста. И наверняка заметил, что мы теперь живем вместе. Он знает и о ее положении, потому что я попросил его начать курировать беременность, как только Скай вернется. Но… Аластор промолчал по поводу обдолбанной, юной, полуголой девицы, выряженной в портупею, в моей постели. Он даже не осудил. В его взгляде никогда нет пренебрежения. Даже сейчас. И даже если бы Аластор сгорал от любопытства, он бы не влез не в свое дело. За это я его и ценю. Полная противоположность моему другу Джейсону, который даже не знает, когда следует вовремя уйти.
Провожаю Аластора, а Джей, кажется, не собирается покидать мой дом, не допив ром до дна бутылки.
– Черт, надо было попросить Аластора посмотреть и мою руку, – жалуется друг. – Кажется, челюсть того полуголого придурка из развратной комнаты вывихнула мне кисть.
– Заживет к утру. Не ной, – возвращаюсь в гостиную.
– Блин, охренительно мы всех с тобой раскидали, старик. Я и не знал, что ты умеешь драться.
– С детства увлекался джиу-джитсу и всегда занимался спортом. Правда за пределами спортзала не доводилось. До недавнего времени…
Вспоминаю туалет в клубе на дне рождения Кендалл и рефлекторно сжимаю челюсть. Надо было еще тогда прибить этого мудака Чейза. Смерть в сортире – лучшее, что он заслуживает.
– Но ты был сегодня красавчиком. Отлично отмудохал того придурка в татухах.
– Недостаточно.
В памяти мелькает его окровавленное лицо и та самая наглая ухмылка, и я чувствую, как начинаю заводиться снова.
– Сука, – скриплю зубами. Нужно было согласиться на предложение Аластора насчет успокоительного.
– Кто он такой? – хмурится Джей и присасывается к стакану с ромом.
– Неважно. Скоро я сделаю так, что он станет никем.
Джейсон оглядывает меня с толикой страха, но мое выражение лица непроницаемо. Я серьезен в своих словах. И вылезу из кожи вон, лишь бы стереть этого ублюдка с лица Земли.
– Джей, я устал… – тяжело выдыхаю и зарываюсь пострадавшей рукой в волосы. Я правда чертовски устал.
Я вымотан. И морально, и физически.
Как бы мне хотелось уснуть на долгие месяцы, а, проснувшись, осознать, что последние недели моей жизни были всего лишь страшным сном. Я бы начал все сначала. Я бы сразу сделал свой выбор, как только Кендалл прилетела и запрыгнула на меня в холле этой квартиры. Я бы выпроводил Скай уже тогда. Да, ее сердце разбилось бы. Да, было бы больно. Но не так, как больно сейчас. И уже ничего не исправить.
В кои-то веки Джейсон понимающе встает с дивана и направляется к выходу.
– Ладно, проспись, старик. Завтра обсудим. На трезвую голову. Твою. За свою трезвость я не отвечаю, – Джей хлопает меня по плечу.
– Спасибо, старик, – повторяю его действие. – Спасибо за помощь. Без тебя я бы не справился.
– Брось. Я был рад там оказаться. Теперь нужно выяснить, как попасть в список следующей вечеринки.
– Ты неисправим, – подталкиваю Джейсона к распахнутой двери. – Тебе пора, Джей.
– Ой перестань, – упирается он. – Ты бы и сам там с удовольствием развлекся. Ну… В другой ситуации.
– Вали.
– Я видел наряд Кендалл. И знаю, что он был подобран для тебя. Портупея… Ммм… Кожаные жесткие ремни… Ммм Бостон… Да ты тот еще развратник.
– Заткнись и проваливай, Джей, – выталкиваю друга за дверь.
– Продолжай строить паиньку перед Скай, старик. Не передо мной, – усмехается он. – Не передо мной.
– Сваливай, пока я не ускорил твой спуск через окно.
– Чао, латентный развратник. Я тебя раскусил уже давно.
Закатываю глаза и захлопываю за другом дверь. Задолбал. Спокойно уйти и не выбесить меня он, конечно же, не мог.
Выдыхаю и улыбаюсь всего на секунду, пока не вспоминаю о Кендалл. Слабой, разбитой и спящей в моей постели Кендалл.
***
Не знаю, столько стою, подпирая дверной проем плечом, и смотрю на нее.
В тонкую руку, развернутую ладонью к потолку, воткнута капельница. Голова Кендалл запрокинула и повернута в сторону. Макияж порочной монахини растерся о мои наволочки. Одеяло прикрывает ее развратный наряд до самых плеч.
Хэллоуин, который мы точно запомним.
А ведь три года назад, в шутку, я обещал ей отомстить в следующий раз за то, что тогда мне досталась маска-голограмма Гермионы Грейнджер.
Я шутил. Я не собирался мстить. Но Вселенная обожает шутки над нами.
Подхожу к кровати и усаживаюсь на край рядом с Кендалл. Касаюсь ее лица, поворачиваю к себе.
