– Что?! Ты в своем уме, женщина? – Юджин хватает за плечи свою жену, и я столбенею, ведь это первый раз за всю жизнь, когда Юджин проявил агрессию в сторону Стенли. – Он без пяти минут женат! У него будет ребенок от другой! И он смеет заявляться в наш дом и предъявлять права на нашу дочь! Ты знала, что он залезал к ней в окно? Еще раньше. Когда она была совсем ребенком! И этого человека я считал своим сыном? Его я впускал в свой дом?
– Папа, прекрати, пожалуйста, – плачет Кендалл.
– Я никогда не трогал ее! Я бы не посмел! – толкаю Юджина в плечо. – Как ты вообще мог такое подумать! Я не прикасался к ней все эти годы!
– Я тебе больше не верю! – Юджин вырывается из хватки Стенли и снова хватает меня за воротник рубашки, но в этот раз я сопротивляюсь и выворачиваюсь. Юджин замахивается, я блокирую удар и ловлю его кулак.
– Остановись, – изо всех сил стискиваю его руку. – Я никогда не лгал Кендалл. Не пытался ее обмануть. Да, все сложно. И да, я гребаный мудак по отношению к Скай. Но это моя проблема, которую я решу. Юджин, я уважаю тебя и всю твою семью. Я, черт возьми, люблю тебя, как родного отца. И я люблю твою дочь. Бесконечно люблю. И, прости, но даже если ты запретишь, я не откажусь от нее. Никогда. И тебе придется смириться, потому что мое лицо будет мелькать в ее жизни довольно часто. Теперь каждый день. Потому что я хочу…
Мою пылкую речь прерывает звонок в дверь. Юджин отвлекается. Кендалл замирает и смотрит на меня. Стенли непонимающе разводит руками и идет открывать.
– Здравствуйте. Слышал, вчера Кендалл нехорошо себя чувствовала. Вот решил принести ей цветы.
Стенли распахивает входную дверь настежь, а дальше все как в замедленной съемке: огромный букет возникает из дверного проема, а следом за ним появляется выкрашенная в белый цвет копна волос и шея, покрытая россыпью татуировок.
Мне под ногти будто загнали иглы. Боль такая острая, что я чувствую надрыв внутри груди. Но его заполняет моментальный гнев. Я сжимаю кулаки и срываюсь к парадной двери, игнорируя приглушенный крик Кендалл за спиной.
Глава 25. Моя проблема
Глаза застилает пелена лютой ненависти. Я отбрасываю букет, хватаю Чейза за плечо и бью ему в лицо. Кровь брызжет на мою одежду, но я не останавливаюсь. Я бью еще раз. И еще, пока Чейз не падает на спину.
– Бостон! – кричит Стенли, но я уже ничего не слышу.
Этот урод осмелился заявиться к ней домой. После всего, что с ней сделал. После того, как я обозначил его границы. Если он не понял или не воспринял меня всерьез, то сейчас самое время доказать ему обратное.
– Сукин ты сын! – подхватываю Чейза под руки, поднимаю с дорожки и бью снова. Он откатывается по газону, вскарабкивается на четвереньки, плюется кровью и смеется. – Молись, тварь. Может, кто-то там сверху и отпустит твои грехи. Но это буду не я.
Замахиваюсь, но с обеих сторон меня ловят Тристан и Джордан.
– Успокойся, Бостон! – кричат они. – Хватит!
Чейз сплевывает кровь и кое-как поднимается на ноги. К обочине подъезжают копы. Выскакивают из машины и начинают что-то кричать, подбегая к дому.
Суета охватывает всех вокруг. Я вообще не понимаю, что происходит, и как случается так, что на меня надевают наручники и заталкивают в машину под громкие вопли Кендалл и Стенли. Следом подлетает «скорая помощь», куда погружают Чейза. Сирены взвинчивают весь спальный район. Я вижу зареванное лицо Кендалл и даже не успеваю прошептать, что люблю ее. Дверца машины захлопывается, и меня увозят в участок.
***
Ни один из моих отцов не гордился бы мной. Даже тот, который загремел в тюрьму в юности.
Я сорвался. Действовал на эмоциях и поддался на идиотскую провокацию Чейза. Сейчас все очевидно – этот ублюдок все спланировал. Он знал, что я не смогу контролировать себя рядом с ним, и позвал на представление копов. Мудак. А я гребаный идиот, раз дал волю чувствам. Я должен был включить другого Бостона, сдержанного, беспристрастного, расчетливого и здравомыслящего. Только вот тот Бостон вне зоны доступа, когда дело касается Кендалл. Чейз это понял и теперь грамотно дергает за правильные ниточки, а я отзываюсь, как безмозглая марионетка.
Поэтому сейчас именно я сижу за решеткой в ожидании своего адвоката, а не Чейз. Поэтому Чейз на свободе, и он не понесет наказания за свои действия, ведь Кендалл не заявит на него.
– Твою ж мать… – накрываю лицо ладонями и тяжело выдыхаю вглубь пустой камеры.
На пальцах запеклась кровь Чейза. Кулаки припухли и ноют, но голова болит сильнее. Она буквально раскалывается от беспорядка, что творится в ней. Вот уж что точно не входило в мои планы, так это угодить за решетку.
– А мне плевать! – слышу голос, доносящийся из-за двери.
– Мэм, к нему нельзя. Мэм!
– К черту вас и ваши правила! Я должна его увидеть! Он ни в чем не виноват! Он защищал меня, идиоты!
