На прощание помахав рукой, я заскочила в подъезд, как будто за мной гналась целая толпа обезумевших поклонников. На лестнице перевела дух и уже спокойно стала подниматься на свой третий этаж. Ключ имел обыкновение теряться в сумочке, так что пришлось основательно порыться, прежде чем выудить его. Вообще, иногда у меня складывалось впечатление, что, если в сумочку что-то попадало, то исчезало, как в Бермудском треугольнике, пока не вытрясешь всё до основания, найти нужную вещь невозможно. В потёмках отыскала на ощупь замочную скважину и вставила ключ. Замок щёлкнул пару раз, и я открыла дверь. Тихо прошла в прихожую и не услышала знакомого клацанья когтей о линолеум. Обычно Джерик, мой любимый пёс, всегда встречал у порога. Но вот из кухни появилась его заспанная мордочка, а затем огромные торчащие уши. Когда пёс наконец-то понял, что явилась хозяйка, завилял хвостом, начал отчаянно повизгивать. Видно, решил, пусть с опозданием, отдать дань вежливости, а уже через секунду его огромные лапы были у меня на груди. Когда он так прыгает, можно и свалиться, при этом он тычется носом и всегда пытается лизнуть. Язык Джерика мягкий, и, когда лижет руки, становится очень щекотно. Пёс очень нежный и ласковый, как котёнок. Когда ему хочется, чтобы на него обратили внимания, он подсовывает свою мордочку под руку и толкает ее, пока не начнут гладить. Если собираешься куда-то без него, то слово «гулять», вслух лучше не произносить, иначе такое начинается, что соседи на ушах стоят. Визг, крик, гавканье и беготня по комнатам: это он ищет свой поводок, ошейник и такой ненавистный для него намордник. Всё это Джерик, естественно, отыскивает, гулять-то хочется. Только, не донося до меня, бросает, садится и вертит головой, смешно шевеля при этом ушами. Наверняка считает, что свою задачу выполнил — причиндалы нашёл, а вот поднять и нацепить всё это на него — дело хозяйское, и к нему — родимому никакого отношения не имеет, он бы и без них преспокойненько выгулялся.
— Интересно получается, пёс спал, сын не встречает… Саша, ты дома? — но ответом мне была тишина, нарушаемая только повизгиванием Джерика, который отчаянно звал меня на кухню.
— Что, малыш, голодный, Сашок забыл тебя покормить, да? Ну, пошли, пошли, псина ты моя ненасытная. Даже воды у тебя нет, бедолага ты мой! — так я разговаривала с Джериком, пока вытаскивала из холодильника кастрюлю с его кашей, добавила из общего казана супа, иначе есть не будет, только кусочки мяса вытащит. А кашу, мол, сама кушай. Я пристроилась на диване и включила телевизор, от скуки перебирая каналы, не зная, на каком остановиться. На ОРТ шёл фильм «Москва слезам не верит», давно хотелось его посмотреть, но всё как-то не получалось. Шла вторая серия, и я с удовольствием её досмотрела. Было уже два часа ночи, а моего чада ещё не было. И когда только научится приходить домой вовремя, чтоб я не волновалась. Да где уж им, молодым, понять, как нам порой бывает за них страшно. Надо обязательно скопить на мобильник, чтоб знать, что жив и с ним всё в порядке. Под утро сон всё же ненадолго сморил меня, но только услышала, что открылась дверь, была уже на ногах.
— Саша, ты?
— Я, мамуля, что опять не спишь? Привет!
— Здравствуй, родной, — я поцеловала сына в щёку, его настроение мне не понравилось, — что случилось?
— Кроме проблем с девушкой, все нормально. Ты ведь знаешь, Ольга временами бывает невыносима.
— Понятно, опять поругались!
— А-а, разберёмся, первый раз что ли. А ты опять меня ждала, сколько раз говорил тебе, — спи, что со мной может случиться? Посмотри на себя, глаза красные.
— Легко сказать — спи. Будут свои дети, тогда не раз меня вспомнишь. А глаза красные — просто устала немного. Роман не взяли. Да, знаешь, сынок, вчера познакомилась с одним интересным человеком. Представляешь, русский американец.
— Это как? Или русский, или американец, а то какой-то коктейль получается.
— Русский, но живёт в Америке, ясно теперь?
— Теперь ясно. И что дальше? Где ты с ним познакомилась, в редакции?
— Нет. На вокзале, он меня до Калуги на машине подвёз.
— Мать, ты совсем сума сошла? Села к незнакомому человеку, а вдруг это убийца какой! Нет, совсем ничего не думаешь! А ещё меня ругаешь.
— Но я же живая, значит, и он нормальный. Он обещал помочь мои романы издать, но не здесь, а в Америке. Как думаешь, поможет?
— Не знаю.
— Вот и я не знаю. Кстати, обещал в гости прийти сегодня вечером. С тобой хотел познакомиться. Ты не подведи меня, ладно, побудь дома хотя бы сегодня.
— Так-так, мамуля, что это с тобой, а? Неужели этот американец вскружил тебе голову, посмотри-ка, глазки то сияют…
— Заметно, да?
— Очень.
— Кто это тебе понравился, а ну выкладывай! И что это у вас двери не закрыты, заходи — не хочу? — в дверях стояла Лена и оглядывала нас с большим подозрением, — только два дня не виделись, и на тебе — какие-то тайные поклонники, почему не знаю?
— О, это не ко мне, я тоже мало чего знаю. У нашей мамули появилось пристрастие, разъезжать на машинах с незнакомцами, по-моему, она решила на свою голову найти приключения.
