Представшее перед ней являло собой абсолютно новую форму паразитирующей жизни, неизвестную ей. Какое-то время внешний вид друга и окруживших, медленно поглощающих его тварей действительно пугал Кали, но, будучи на данный момент самым умным существом в этом мироздании, девушка быстро смогла преодолеть эмоции, задавив страх рационализмом. Красная Звезда даже не удивилась, когда её душа вновь обрела спокойствие и равновесие.
Знания действительно были завидным багажом, но, главное, что они могли дать, в чём уже убедилась сама Кали, – это уверенность в себе.
Пугливые мысли быстро разбегались перед светом просвещённости, рационализма и обоснованности. Возможно, Звезда ещё и не поняла, что страх ушёл, но её ум уже вытаскивал из своих недр одно объяснение за другим.
Интуитивное опасение напасть на необычного противника оказалось верным – Кали быстро определила состав и особенности этих сросшихся тварей, как и выявила их источник существования – чужая энергия. Поспешно изучив этот единый организм и состояние Антареса, девушка догадалась, что Владыка галактики попал к ним в тиски в момент проникновения в разлом, оказавшись внутри клубка. Его след прятался между этими тварями, и именно поэтому Кали так и не смогла заметить его в разломе-сфере. Заметила Кали и то, что твари ещё не успели преобразить Антареса полностью, а только начали это, пока что лишь подчинив его волю.
Существа оставались медленными не по природе своей, не потому, что готовились напасть, выжидали. Нахождение внутри аномалии затормозило все их реакции. Они словно пробуждались, как листва, наливающаяся соками, а этими соками была энергия Антареса. Теперь было понятно, почему мутанты провоцировали Кали к нападению. Ударь она, и чистая быстрая энергия вмиг проникла бы в них, растормошила, оживила. Пока же они оставались заторможенными, не только у Кали, но и у Антареса ещё был шанс.
Решений, как поступить, нашлось немного, но ни одно из них не терпело промедлений. Красная Звезда уверенно направилась к сростку. По мере её приближения клубок созданий начал замедляться сам, остановился, а потом и вовсе повернул назад. Оказавшись рядом, Кали вовремя выхватила тварей, уже юркнувших телепортироваться. Убежать им не удалось. Застывшим, вязким комом они вывалились обратно.
Кали ощутила чувства мутантов, их упорство пошевелиться, укусить, отхватить от Антареса ещё больше энергии, впитать её, но их медлительность нисколько не послужила существам. Не боясь, девушка не спеша и старательно отрывала их сущности от души друга, рубя эти недавно образовавшиеся мерзкие пуповины. Твари лишь злобно сверкали пустыми глазницами, но, теряя единственный источник силы, становились ещё неповоротливее, чем были, пока, с оборванными последними связями не лишились её вовсе.
Высвободив бесчувственного друга, девушка повернулась к сросшимся мутантам. Она чувствовала, как те, словно бьющееся в агонии животное, тянут из и без того стерильного пространства всё, что не успел ещё притянуть разлом, она чувствовала, как и их самих начинает одолевать его притяжение, как воют и орут их безголосые покалеченные души.
Рядом без слов возник Антарес. Оба обменялись коротким пустым взглядом, вернувшись к разворачивающейся возле них немой борьбе. Клубок тварей уже касался границ аномалии, и чем ближе была оставленная клетка, тем ужаснее и надрывнее становился их вой. Из-за влияния разлома, замедления всего, казалось, что мутанты умирали как-то лениво, но наблюдающие за их кончиной две пары глаз как никто другой видели, как на самом деле истошно и безнадёжно метались эти создания.
…Всё закончилось. Аномалия быстро вернула свой трофей.
Антарес посмотрел в лицо Кали. Мысли двух друзей свободно переплелись, как когда-то, но радости в них не было, только жалость. Оба чувствовали себя постаревшими.
Кали ответила на взгляд друга, на сей раз заставив себя увидеть. Антарес изменился. Он читал это в её глазах и мыслях.
Кривая ухмылка ненадолго коснулась его губ.
Кали осталась серьёзной. Она внимательно смотрела на некогда совершенное, но теперь изуродованное существо, шрамы которого останутся с ним навсегда, но, почему-то, не чувствовала к нему и десятой доли той жалости, что подарила погибшим мутантам.
– Пошли домой, Антарес, – тихо предложила она.
Мысли продолжали сплетаться. Кали давала возможность другу выговориться, скупо, но искренне отвечала сама. Между ними одна за одной ставились точки. Между тем, что было, есть, и чего уже не будет. Кругом, где висела недосказанность, появлялись слова. Принесли ли они облегчение, этого так никто и не узнал.
Антарес попытался улыбнуться шире, но косой тонкий шрам через весь рот изрезал некогда красивую улыбку.
Кали взяла друга за руку.
– Вечность тебя не красит, Антарес.
Владыка галактики первым построил проход.
– Пошли, – спокойно согласился он.
Через миг стерильное многомерное пространство вокруг аномалии тоскливо вздохнуло. В нём вновь была одна лишь Пустота.
