Системы наведения заметили рабов раньше, чем Сварог. Приблизившиеся для захвата цели на требуемое расстояние корабли выпустили первый кучный залп. Шестёрка существ в последний момент откатила в сторону, отчего долетевшие до них сжатые лучи плазмы врезались в невидимое силовое поле. Сварог коротко прикрикнул на стрелявших, и последующие четыре залпа сразу всех передовых групп уже не имели опасной для щитов траектории. Они двигались с обеих сторон параллельно границам силового поля, но, практически достигнув существ, отчего-то вновь попали в ту же самую точку. Получившая более мощный вторичный удар небольшая зона щитов на сей раз немного вжалась внутрь, ненадолго обрисовавшись отчётливым матричным рисунком, похожим на пчелиные соты. Впитавшаяся в силовое поле энергия, не имея нужного количества самоотводов, частично обрушилась на удерживающие целостность щитов ближайшие корабли и структуры, стоящий на пути этого потока первый объект отбросило вглубь прослойки.
– Всем группам в этом секторе прекратить огонь! – закричал Сварог.
Докладов не последовало. Системы не регистрировали сбоев и изменений траектории, но результат оставался очевидным – поражённый участок ещё бледно проступал контурами в темноте вакуума. Слиться с невидимыми стенками щитов ему не дали. К полному изумлению Главнокомандующего его приказ был тут же нарушен. Шедшие вместе с ним отряды продолжили стрельбу.
– Прекратить! – практически одновременно закричали Хорс и Сварог.
Но адмиралов никто не послушал. Со стрелявших кораблей вновь не последовало докладов.
Первые пару секунд было ничего не понятно. Казалось, что на авиации одной из эскадрилий Главнокомандующего одновременно сработали все имеющиеся установки. Множество выстрелов полетели в сторону искрящегося силового поля, но примерно треть выбрала самые непредсказуемые траектории. Часть залпов припала на спины впереди стоящих кораблей, часть, прошедшая мимо плотного косяка отрядов, устремилась к находящимся напротив группам адмирала Хорса. Его подчинённые разметались в стороны, пострадали только стоящие в авангарде истребители.
Никто не заметил исчезновения шестёрки рабов. Сварог успел взглянуть на проекцию состояния поражённого участка щитов, но уже в следующий момент проекция не показывала в этом месте наличия силового поля. Суммированный удар разрушил подбитую ранее структуру и отодвинул от сцепки соседние с ней корабли. Получилась небольшая дыра.
Главнокомандующий вновь обратился к группам, но уже посредством бортового компьютера. Он сделал несколько запросов, прежде чем заметил как системы наведения его штурмовика «пытаются» выйти из-под контроля.
– Ну уж нет! – зло прорычал Сварог.
Он вовремя перешёл на ручное управление установками корабля, не дав уже готовым к вылету снарядам покинуть гнезда. Одновременно Сварог резко поднял штурмовик вверх, залетая над всё ещё стоявшими на прежних позициях своими группами. Предчувствие не обмануло адмирала, его эскадрильи молчали ровно столько, сколько для подготовки нового единого залпа требовали все орудия кораблей – пять секунд. На последней секунде авиация выпустила новый рой хаотично направленных выстрелов. И вновь в большей степени пострадали впереди стоящие группы. На это раз количество выстрелов, дотянувшихся до силового поля, было меньше, большинство успели перехватить группы Хорса.
Перед Сварогом стал нелёгкий выбор: он уже понял, что его звенья попали под влияние первородных рабов, а сам он только благодаря хоть какой-то бессознательной защите не дал себя подчинить их воле. Отряд нужно было остановить без промедления, и ещё до того, как истекли новые пять секунд, Сварог холодно отдал приказ на уничтожение. Находящиеся в явном меньшинстве группы не продержались и полминуты.
Попутно Хорс начал стягивать к месту прорыва резервные эскадрильи, но этого было недостаточно. Разгерметизация силового поля означала не только возможность для проникновения вражеской авиации, но и открытый проход для оставшихся первородных существ. У адмирала на миг опустились руки, когда он увидел уже знакомые ему трещинки на, казалось бы, невредимых судах. Ближайшие к прорыву корабли начали крошиться. Разрушения медленно поползли от носовых частей. Корма одного из судов неестественно вздулась, получился безмолвный короткий хлопок. Находящийся внутри судна воздух быстро выносил в открытый космос все незакреплённые предметы. Хорс не заметил среди них тел, понадеявшись, что команда успеет эвакуироваться, но уже в следующий миг судно раскрошилось на сотни фрагментов, превратившись в груду металлолома. Такая же судьба практически сразу постигла остальные два пострадавших судна.
Дыра в силовом поле значительно расширилась, хоть и была полностью захламлена остатками погибших кораблей. Это не стало преградой для нашедшей долгожданную лазейку вражеской авиации. Передовым отрядам быстро удалось очистить затор, началось беспрерывное вливание небольших судов. На той стороне их уже ожидали выстроенные в боевом порядке эскадрильи резервов.
