Получивший по головам отряд наконец-то замолчал, но не столько от хлёста нанимателя, сколько от нового, внезапно мощного порыва ветра, и ветер этот странно хрипел. Стихия ворчала и огрызалась, пробираясь за стены ненадёжного укрытия, а незначительные подачки Хозяина не были способны уберечь преступников от её колкого холода.
Множественные порывы ветра согнали отряд ближе друг к другу, заставив отвлечься от желания ещё крепче поколотить предателя.
Сновидения одно за другим встревоженными птицами взлетали с длинных, мелко подрагивающих ресниц Кали. Она взволновано просыпалась, выныривая из зыбкого покоя и боясь взглянуть на воображаемые часы. Последние мгновения отдыха выдались забвенными, теряющими связь с лабиринтом и всем происходящим, из-за чего у Красной Звезды сложилось впечатление, что проспала она гораздо дольше, чем намеревалась. Но, отерев сонный ум от последних запутанных соображений, Кали прислушалась к внутреннему ощущению времени, с облегчением поняв, что не провела в исцелении и трети искривлённого года.
Её тело парило между стенами лабиринта подле поворота к следующему переходу в нижележащие витки кристалла. Красная Звезда не хотела ступать на твёрдый, но иллюзорный пол и вновь возвращаться к рутинным поискам. Она оценила своё состояние и нашла его отчасти удовлетворительным. У неё ещё оставалось время на дальнейшее прохождение лабиринта, а осколок был в полном подчинении, и те незначительные проделки, что он предпринимал, пока девушка восполняла силы, принесли лишь поверхностный, быстро устранимый вред. Внутренний баланс также пребывал в достигнутом относительном постоянстве. Отдых позволил рассудить дилемму между её душой и полученной от Архонтов энергией. Теперь Красная Звезда практически не мучилась от её колоссального объёма, но полностью притупить все негативные импульсы ей не удалось. Чужеродная мощь никуда не делась и не прекратила давить на её ум. Она заполняла душу Кали в неестественно сжатом виде, добавляя болезненных напирающих спазмов. Если бы девушка не решилась на остановку и отдых, временный заём силы Архонтов раздробил бы её изнутри. Не совладав с ним, но хоть упорядочив сей дар, Кали разложила его по полочкам, немного систематизировав и сведя к скоротечному, ломкому порядку.
Изучая заполненную бездну внутри себя, Красная Звезда видела, как непродолжительна будет её маленькая победа. Неосторожность и весомая стычка с любой ловушкой кристалла вновь приведут к накалённому состоянию, разрушавшему её до восстановления и отдыха. Даже малые волнения могли обратить временный контроль против неё. Энергия Архонтов была неудержимым заключённым, а Кали – слишком хрупкой тюрьмой, чтобы долго неволить подобную квинтэссенцию силы. Оттого, даже чувствуя в себе свежесть и решимость, Звезда ещё некоторое время трусливо медлила просто спуститься на рассеянный, прозрачный пол и вернуться к физическому обличию.
Кали ещё раз прислушалась к своим переживаниям и подсказкам разума, но тот помалкивал, мирясь со свалившейся на него обременяющей ношей. Развеяв остаточную дрёму покоя, девушка потянулась вниз. Необутые ступни вначале коснулись разреженного звёздного тумана, а затем нашарили обманчивую твёрдость. Стоило только пальцам притронуться к невидимому полу, как обстановка лабиринта сделалась прежней: появилось слабое, ниоткуда не льющееся освещение кодов, сама атмосфера всколыхнулась и в ней заметались импульсы, ни один из которых пока не говорил о возможных ловушках и опасностях, а до того спокойный туман опять заклубился то вверх, то вниз, наползая на стены или проваливаясь в глубину пропасти.
Ступив на пол, Кали задумчиво остановилась. От её внимания, будь оно косвенное или прямое, не смогли укрыться коды на стенах лабиринта. Поворошив полученную информацию, Красная Звезда коротко улыбнулась, – она упорядочила и запомнила абсолютно все познания, что подразумевались в витиеватых шифрах каждого участка пройденного лабиринта, и, что порадовало девушку, помнила она их не благодаря помощи Архонтов, а исключительно ввиду её прирождённых интеллектуальных способностей. Вернув Архонтам их заём силы, она сумеет удержать в памяти своё путешествие и его плоды.
Но внимание девушки было не столь остро к поведению самого лабиринта. Кое о чём Красная Звезда всё же позабыла. Подойдя к тупику-переходу, Кали уловила не только нарастающий шум от проникновения в закрытую грань. Переступив порог нового витка, она не смотрела на привычно дробящуюся стену позади себя и едва успела среагировать на такие же привычные при переходах ловушки, немного пострадав от сингулярности. Её рассеянный взгляд следил за необычно широким, уходящим на десятки метров вперёд коридором, и оттуда, в самую душу девушки, лилось знакомое эхо шорохов и редкие перезвоны смеха. Один раз просквозил отдалённый размытый силуэт, и после всё опять стихло.
Странное видение лабиринта вернулось.
