Марте неожиданно показалось, что она уже где-то видела этого мужчину. Она медленно пошла ему навстречу, с удивлением отмечая происходящие в ней перемены. Как будто какая-то древняя женщина неожиданно проснулась в ней, взяла все в свои руки и начала властно руководить ее действиями. У Марты почему-то заблестели глаза, она начала поправлять безупречную прическу, пуговицы на платье. Голос стал тихим, с воркующими нотками.
Девушка даже осудила себя, но ничего уже поделать не могла. Стены кафе начали расширяться и уходить куда-то в сторону. Остался только идущий ей навстречу Штефан.
Разведчик пришел в кафе заранее и просматривал берлинские газеты, поглядывая на часы. Марта опаздывала. «С женщинами всегда так, – подумал он. – Придется с этим смириться». Оторвав в очередной раз глаза от газеты, он увидел у входа красивую девушку, которая внимательно смотрела на него.
«Это, безусловно, Марта», – решил Штефан и поднялся ей навстречу. «Арним не шутил, когда говорил о привлекательности Марты», – пронеслось у него в голове. Они встретились взглядами, и Штефан тоже подумал, что где-то уже встречал ее. Представившись и поцеловав девушке руку, от которой пахнуло тонким ароматом духов, разведчик усадил гостью за свой стол и неожиданно почувствовал, что не знает, с чего начать беседу. Марта молчала с легкой улыбкой. От ее больших глаз со слегка расширенными зрачками исходила какая-то первобытная вязкая сила, которая обволакивала волю Штефана, не давала собраться с мыслями. «Что это со мной? – тревожно подумал он. – Видимо, я сильно устал в последнее время. Надо будет взять удочки и на неделю уехать на горную речку ловить форель».
Слегка тряхнув головой, чтобы отогнать навалившийся на него дурман, Штефан с улыбкой обратился к девушке:
– Марта, уймите ваши чары. А то я не могу сосредоточиться.
Марта зарделась румянцем и опустила глаза. Ей почему-то стало радостно, что она произвела на Штефана впечатление. Неловкое молчание прервал подошедший кельнер. Молодые люди, не сговариваясь, заказали яблочный штрудель и кофе меланж. Штефан деликатно расспросил девушку об обстановке вокруг нее, о возможных новых знакомых, о работе у Джейн, о Крюгере.
Марта не рассказала ничего нового, но повествование ее было несколько рассеянным. И это не удивительно, поскольку думала она о том, что едва уловимый иностранный акцент у Штефана придает его речи милый шарм. Со свойственной женщинам внимательностью к мелочам она отметила со вкусом подобранный галстук, красивые запонки. «Едва заметная седина на висках нисколько его не старит, а, наоборот, придает мужественность, – заключила Марта. – Интересно. Женат ли он? Скорее всего, нет, на пальце отсутствует обручальное кольцо. Но женщина у него, конечно, есть. Красивая ли она и насколько у них все серьезно?»
– Марта, вы витаете где-то далеко и совсем не слушаете меня, – прервал ее размышления Штефан. – Запомните, пожалуйста, следующее. У меня в Берлине есть еще один медицинский кабинет, где я принимаю пациентов. Запишите адрес и телефон. Если у вас возникнут непредвиденные обстоятельства, звоните туда и записывайтесь на прием. На даты и время не обращайте внимания. Сам ваш звонок будет означать, что нам нужно срочно встретиться. В этот же день я вас жду в этом кафе в 13 часов. Теперь хотел бы попросить вас осторожно поинтересоваться у Джейн, как обстоят дела у ее отца. Доволен ли он работой в Германии. Не загружает ли его поручениями Вашингтон. И если загружает, то насколько трудны эти поручения. Объясните это вашей заботой о Джейн, хватает ли у отца времени на нее. О любых просьбах Крюгера сразу же сообщайте мне. В следующий раз мы встретимся через месяц.
– Так долго ждать? – вдруг вырвалось у Марты, и она смутилась.
– Ну хорошо, давайте через неделю, – неожиданно для себя согласился Штефан. Он проводил девушку до выхода из кафе. Она с улыбкой подала ему руку и заглянула в глаза. От этой пустяковины у Штефана заколотилось сердце, и он довольно сухо распрощался с ней.
Усевшись за руль своей машины, разведчик глубоко задумался. Видимо, и его не минула сия чаша, о которой его предостерегали старшие товарищи. Это настоящее бедствие для разведчика называлось любовь. Он хорошо знал, что не имеет права завязывать глубокие длительные отношения с женщинами. От них нельзя надежно скрыть свое второе «я», свою вторую разведывательную жизнь. Через некоторое время скрытность и странности в поведении любимого человека женщины начинают объяснять наличием соперницы. Ее изобретательные поиски часто приводят к провалу разведчика. Кроме того, по работе нередко приходится срочно менять документы и уезжать в другую страну. Оставленная в неведении женщина начинает упорно искать пропавшего любимого и порой поднимает на ноги всю полицию. Итоги таких поисков тоже обычно заканчиваются провалами.
