– Мне так одиноко коротать ночь одной. Ты не мог бы у меня остаться сегодня?
В ее глазах появилось жалкое выражение, как у больного зверька. У Штефана сжалось сердце.
– Конечно, Люси, – произнес он, хотя мелькнула мысль, что его поступок может в корне изменить их отношения и помешать работе.
На рассвете Штефан проснулся оттого, что Люси, облокотившись на подушку, пристально смотрела на него.
– Спи, спи, – ласково сказала она. – Я знаю, что мы никогда больше не будем вместе, и хочу наглядеться на тебя.
В последующие дни Штефан чувствовал себя неловко. Он не любил Люси и ощущал вину за произошедшее между ними. Особенно ему было не по себе, когда он ловил ее полный любви взгляд. Она заметила его состояние и однажды сама начала разговор:
– Я понимаю, что мы нарушили неписаные правила разведки. Не вини себя. Во всем виновата только я. Обещаю тебе, что наша встреча никак не повлияет на работу.
Постепенно жизнь, казалось, вошла в обычную колею. Но когда Штефан собрался в Берлин для знакомства с Мартой, все изменилось. Люси неожиданно ворвалась к нему и возмущенно спросила:
– Почему поддерживать дальнейший контакт с Мартой должен именно ты? Тебе нужно руководить резидентурой. Встречаться с Мартой могла бы я.
Штефан впервые столкнулся со страдавшей от ревности женщиной. Ее поведение уже выходило далеко за рамки принятой субординации. Он был вынужден твердо поставить Люси на место и напомнить, что ей запрещено вести разведывательную работу с иностранцами. Ее главная задача – обеспечивать связь с Центром. Она ничего не ответила и выскочила из комнаты, громко хлопнув дверью.
Теперь к сложной истории с Люси добавилась еще и Марта. Штефан неожиданно вспомнил красивые глаза девушки, куда-то зовущие его. Он даже стукнул кулаком по рулю. Что-то он подраспустился в последнее время. Штефан твердо решил для себя, что в дальнейшем он будет поддерживать как с Люси, так и с Мартой сугубо официальные отношения. Поставив твердую, как ему казалось, точку в этом уравнении, он завел мотор. Ему еще предстояла встреча с Лемке.
Штефан немного раньше обусловленного времени зашел в небольшой гастхауз в пригороде Берлина. Приоритет данному месту был отдан потому, что здесь наливали хороший «Егермайстер», так любимый Лемке. Обстановка внутри была обычной, без каких-либо настораживающих моментов. Гестаповец появился явно в растрепанных чувствах. Он постоянно стирал пот с лица и оглядывался по сторонам.
– У вас такой вид, словно вы только что покушались на фюрера, – иронично заметил Штефан.
– Вам хорошо насмехаться, – зло огрызнулся Лемке, – а моя судьба висит на волоске.
– Вы обедали сегодня? – неожиданно спросил Штефан.
Гестаповец отрицательно покачал головой.
– Я тоже. Давайте сначала немного выпьем и спокойно пообедаем. По ходу дела вы мне не торопясь расскажете, что у вас стряслось.
Разведчик заказал подскочившему кельнеру бокал шверинского пива «Оботрит» и отварную телятину с хреном. Лемке остановился на «Егермайстере» и берлинском пиве «Радебергер». Себе он взял айсбайн с квашеной капустой. После первых глотков гестаповец не зашептал, а скорее зашипел:
– Что стряслось с Арнимом? Почему его ищет штаб рейхсфюрера СС? Что будет со мной, если его поймают?
Штефан попросил его рассказать все по порядку.
– По указанию штаба Гиммлера была установлена слежка за Арнимом. Причины никому у нас не известны. Чего добиваются – тоже. Но ваш Арним оказался ловким парнем. Его потеряли по невнимательности. Все виновные получили по полной катушке, но он бесследно исчез. Удалось только установить, что он куда-то уехал, может быть во Францию, чтобы открыть там новый магазин.
– Его проверяли по вашим учетам? – спросил Штефан.
– Конечно, но ничего подозрительного не выявлено, – заверил Лемке.
Штефан чокнулся с ним бокалом с пивом и не торопясь пояснил:
– Произошел небольшой инцидент между нами и вашей разведкой. Люди Шелленберга грубо стали требовать от Арнима информацию о нашей работе против американцев. То, что мы им передавали официально, их не устроило. Они попытались напугать Арнима слежкой. Для того чтобы сведения об этой небольшой семейной ссоре не вышли за пределы штаба Гиммлера, гестапо оставили в стороне. Сейчас недоразумение урегулировано. Хотя Арниму пришлось немного покрутиться. Как вы сами сказали, слежка за таким профессионалом потерпела полное фиаско. Так что бояться вам нечего. Мы в неменьшей степени заинтересованы в вашей безопасности. Давайте-ка лучше перейдем к делу. Попробуйте припомнить, может быть, были какие-то, пусть мелкие детали, связанные с данной историей.
Лемке с удовольствием пропустил еще одну рюмку «Егермайстера» и неуверенно заметил:
– Ну, если только фотографии.
– Какие фотографии? – насторожился Штефан.
