— Что ты… что ты делаешь? — Я пячусь назад, спотыкаюсь о ведро, треть воды выливается на паркет, я поскальзываюсь и, неуклюже размахивая руками, безнадежно падаю вниз.
Игорь достигает меня в мгновение ока, успевает дернуть на себя, но нам всё равно суждено было упасть, поэтому… мы падаем! Точнее Игорь принимает удар на себя, коснувшись лопатками твердого пола. Я оказываюсь сверху, прижатой к его груди.
Поморщившись от боли и выпустив из уст едва слышный хриплый стон, Игорь, и не думая выпускать меня из кольца рук, спрашивает:
— Ты в порядке?
— Да.
Заметив мои попытки высвободиться и как можно скорее оказаться на ногах, мужчина резко переворачивается и сминает меня под себя.
— Игорь, ты что делаешь?
В его глазах плещется темное море, глубина которого поражает, заставляет на одно короткое мгновение замереть и забыться. Такой внимательный и пронзительный взгляд, в котором вновь читается нежная любовь. Я так четко это вижу, что опять задумываюсь: а может утонуть в ней навеки? В любви в его синих глазах?
Чего?! Какая, к черту, любовь?!
— Слезь с меня, Игорь! Немедленно!
— А если я не хочу? — нагло вскинув брови, произносит он. Обалдел совсем что ли?! Что на него нашло?! Обезумел?! Какого черта, он себя так ведет?!
— Мне какое дело до твоего "не хочу"?! Этого хочу я, понял?! — и бью его по груди, всеми силами пытаясь вырваться.
— Тише, — шепчет Игорь, склонившись очень близко и остановившись в сантиметре от моих губ, и я резко замолкаю, даже перестаю брыкаться, во все глаза уставившись на него.
Никто из нас ничего не успевает сказать друг другу — по лестнице спускается дед и, увидев нас в столь компрометирующем положении, на секунду застывает.
— Деда, это не то, о чем ты подумал! — спешу я прояснить ситуацию. Боже, какая нелепость!
— О, здравствуйте, Лев Янович, — тем временем широко улыбается Игорь, повернувшись к деду лицом. Одна его рука всё так же покоится на моей талии, вторая упирается предплечьем в пол по другую сторону, прямо у моей головы.
Быстро опомнившись, дед возобновляет движение и выдает с тоном сарказма:
— О дети, не переживайте, я ничего не видел. Вы лежите, лежите. Вам, наверное, там удобно. Не переживайте, не буду вам мешать. Я вообще мимо проходил, уже ухожу, — и через секунду с лукавой улыбкой проходит в кухню и исчезает.
И я начинаю яростно бить ладошками в грудь Игоря:
— Слезь с меня! Живо! Из-за тебя дед невесть что подумает обо мне!
— Ты хотела сказать, о нас? — насмешливо выгибает он бровь, не сдвинувшись ни на миллиметр.
— Да кому какое дело до тебя, — закатываю глаза и толкаю его.
— Ты такая красивая, когда злишься, — улыбается он, глаза-озера так и смотрят на меня, не переставая. Черт бы его побрал!
— А ты нет, — заявляю я, устало замерев на полу. Устала барахтаться. Сейчас немного отдышусь, и снова в бой.
Игорь поднимает руку и нежно касается моего лица, волос, губ, скользит по линии подбородка и склоняется ближе для поцелуя.
— Нет, — упираюсь ладонью ему в грудь в защитном жесте. — Не смей меня целовать.
— А я и не спрашивал разрешения, — нахально произносит, после чего берет и целует. Коротко и невинно. Легким касанием мягких губ. Потом резко отстраняется и встает, помогает встать мне, слегка опешившей и очумевшей от такой дерзости.
Смотрю на него и пытаюсь понять, мне как нужно себя вести сейчас? Обругать невероятным количеством не совсем приятных эпитетов? Или сделать вид, что ничего не было?
Слова застряли в горле, и я, проглотив возмущение, распрямляю несуществующие складки платья, сокрушаюсь по поводу мокрых пятен, и только тогда поднимаю глаза на него. А этот хитрец, оказывается, всё это время на меня смотрел.
— Что?
— Ничего, — ухмыляется гад.
— Весело тебе?
— Ну… да, есть немного.
Смотрю вниз и говорю:
— Ширинку застегни.
Игорь тут же озадаченно бросает взгляд на свои джинсы, и я картинно закатываю глаза. Ловко прошмыгиваю мимо него и поднимаюсь наверх.
— Так предсказуемо, — роняю как бы между прочим, стараясь внести в голос полное надменное равнодушие.
— Может быть, — весело замечает он, поняв мой хитрый маневр, — но зато ты непредсказуема совершенно. Мы с тобой идеальная пара в этом плане, — и подмигивает мне. И я, зло фыркнув, ухожу к себе, чтоб переодеться, а потом, взявшись за швабру, все-таки домыть этот чертов пол!
Глава 20. Красивые губы.
5 июля 2020
Воскресенье
— Знаешь, Алекс, мы, наверное, с Женей не сможем поехать с вами, — начинает тетя вдруг. — Да и… ну в самом деле, мы с этим Николаем даже не знакомы! — запальчиво произносит Лена, не выдержав. — Зачем нам являться на чужой праздник? Если бы ко мне на день рождения заявились незнакомые люди, я бы не обрадовалась.
— Но ведь Николай Геннадьевич пригласил всю мою семью, — не соглашаюсь я. — Хотел познакомиться со всеми вами. Я ему звонила днем, уточняла. — Ну и извинилась за одно, добавляю я мысленно. — Он всех искренне ждет, я в гости не напрашивалась. Дед даже Софию пригласил, Николай не против. А она, на минуточку, мне даже не родственник, но тем не менее едет с нами.
