Господин Сувонг имел роскошную виллу с садом, обнесенным стеной. В саду установлен большой, освещенный неоновыми лампами аквариум. Были там также и мраморный бассейн, антиквариат и украшения огромной стоимости. У него было несколько детей. Они приобрели различные специальности, разумеется такие, которые помогут в будущем приумножить семейное богатство. Господин Сувонг, например, считал, что в семье необходим свой адвокат, который может уберечь родственников от подводных камней закона. Детям он выделял на карманные расходы довольно большие суммы и в то же время отчаянно ругал повара, если тот покупал мясо не поторговавшись, потеряв на этом несколько сатангов-Господин Сувонг считался самым знающим среди торговцев драгоценными камнями.
В то время, когда мы были у господина Сувонга в гостях, он уже находился не у дел, на отдыхе. Однако для собственного удовольствия, чтобы разнообразить жизнь, он торговал земельными участками.
— Ох эти камни, — вздохнул он мечтательно. — Может быть, сейчас уже не то время, чтобы торговать камнями. Люди тратят на них деньги, продают их и покупают, но они не приносят им радости. А правила торговли… — махнул он рукой, — настоящие джунгли. Раньше зарабатывал тот, кто был хитрее или оборотистей, а сейчас тот, кто сильнее. Аферистов — пруд пруди. Вы не представляете, каким нужно быть сейчас осторожным, — возмущался он, забыв, видимо, о своей молодости. — И вообще, господа, вкус к камням изменился…
Затем он сказал, что не любит опал, хотя опал — хороший товар.
— Через несколько лет в рай для торговцев камнями превратится Австралия, потому что там вы можете поехать на уик-энд за несколько десятков миль от города и, если хорошо поищете, обязательно найдете какой-нибудь полудрагоценный камень, — добавил он.
— Торговали вы когда-нибудь жемчугом? — спросил его кто-то. Господин Сувонг отрицательно покачал головой. — Это не драгоценные камни. В ювелирных магазинах продают вместе драгоценные камни и жемчуг. Я лично не люблю жемчуг. Он мне представляется окаменелыми или, скорее, ледяными слезами. Знаете, господа, — вздохнул с некоторым сожалением господин Сувонг, — драгоценные камни — это красота, и человек должен любить эту красоту, но одновременно он должен быть и достаточно тверд, чтобы не понести убытков. Я как раз был таким, но сейчас я это оставил и успокоился настолько, что начал торговать земельными участками. Здесь многое зависит от величины участка земли, а не от ее качества. С драгоценными камнями все сложнее. Я привык «работать» с покупателем сам, а не полагаться на компаньона и перекупщиков. Если мне не повезет, то виноват буду только я. Я один рискую, но зато мне не нужно делить прибыль, если повезет. Может быть, на старости лет я куплю какой-нибудь красивый изумруд для себя, для собственного удовольствия. Знаете, изумруд мне всегда напоминает лагуну кораллового острова, а сапфир — небо. Но я бы никогда ничего не купил у своего бывшего компаньона. Он совершенно ненадежный и недобросовестный человек. — Господина Сувонга передернуло от отвращения. — Когда на рынке стали появляться поддельные и низкосортные камни, он купил их и начал продавать, разумеется, не перекупщикам, которые бы легко его раскусили, а случайным покупателям, причем, по цене настоящих камней. Мне он ничего не сказал и, конечно, быстро попался. Это было очень неприятно. Поэтому мы разошлись. Он был новичком в нашей профессии, а захотел работать на свой страх и риск. Но это не проходит там, где нужно иметь хоть какой-нибудь опыт. Если бы он со мной посоветовался, я бы ему подсказал, кому их можно продавать, если уж на то пошло. У меня были хорошие и надежные покупатели. Большинство из них покупало камни или украшения в подарок родственникам, которые сами бы никогда не пришли в магазин. Так что риск был бы минимальный. Но он хотел, чтобы вся прибыль шла только ему. Недобросовестность, неопытность, глупость, — возмущался господин Сувонг. — С этим далеко не уедешь, когда продаешь камни.
Таким образом мы узнали о камнях несколько больше, чем узнает обычный турист. К тому же мы. узнали., как сколачивают в Таиланде состояние.
Через несколько недель после посещения господина Сувонга я осматривал коллекцию Национального музея Таиланда и беседовал с экскурсоводом об истории и традициях Азия, а также о драгоценных камнях. Этот скромный экскурсовод был, очевидно, из тех, кого называют душой музея и кладезем информации.
— Смею вас заверить, — сказал он любезно, — это мое личное мнение и, может быть, ошибочное, но нет камня прекраснее, чем нефрит. Нефрит — чудо, душа Дальнего Востока, радужный цвет грез; он соткан из тонкой паутины красоты.
