«Незачем в пене богомола искать равномерность распределения. отдельных пор!» подумал я.
Так со смущенной душой читал я доклад Думчева и все отмечал для себя на своем экземпляре. Поздно! Поздно! Все более и более тяжело становилось ка душе у меня: неужели зря прошла вся жизнь Думчева? Что же будет с ним, когда он сам в этом убедится?! Что ответят ему из Москвы? А ведь он из Страны Дремучих Трав бросал вызов современной науке. Он писал: «Вернусь — обогащу мир открытиями».
И вот уже мне трудно дальше читать… Я закрываю глаза.
— Палочка-выручалочка!
— Палочка-выручалочка! — повторяю я вслед за звонкими колокольчиками детских голосков.
А солнце высоко — оно пробивается сквозь зеленую листву, и тени все короче. Уже полдень.
«Палочка-вы-ру-ча-лочка…» звучит то близко, то далеко.
Читать ли дальше? Я медлю. Я чего-то жду.
Когда бы мог я встретиться с самим
Взглянув на боль такую, зарыдал бы сам…
Как шумно, как пестро на аллее! Это шум молодых голосов, это платья девушек и рубашки юношей. Идет молодая ватага. Я слышу их говор.
Два знакомых голоса приближаются ко мне. Они где-то на тропинке за этими кустами.
— Последний мяч я взяла у сетки. Он был решающий. Даже ракетка зазвенела!
Звук сломанной ветки. Шуршит трава. Голоса дальше. Потом снова ближе.
— Конечно, получила! Пишу ответ.
Юноша смеется:
— Надя! Мы учимся в одном институте, видим друг друга сто раз в день — и переписка?
— Не смейся! Все же так интересно писать то, о чем не скажешь, и говорить о том, чего не напишешь! И сегодня…
— Сегодня ты отдыхай! Завтра полуфинальная встреча. Ты должна выиграть первенство. Ты ведь лучшая теннисистка!
— Но я напишу коротенькое письмо. Совсем-совсем маленькое… микроскопическое!
— Лишь бы не такое, как то… с выдуманной подписью «Думчев».
Смех. Девушка передразнивает кого-то:
«Обещаю обогатить человечество открытиями!..»
Ушли.
Я стал читать дальше.
Думчев пишет:
«Водяной паук — аргиронета — подсказывает человечеству принцип устройства водолазного колокола.
Но в этом деле есть и другие подсказчики. Отыщите личинку мухи ильницы. У нее учитесь!
Она сама в воде, а хвост ее торчит из воды. Зачем? Чтобы дышать.
Вода поднимается — удлиняется хвост.
«Хвост» этой личинки — две воздушные трубки, два канала, покрытые прозрачной оболочкой. Эти трубки «хвоста» сворачиваются самым неожиданным образом. Здесь есть чему удивиться. И есть чему поучиться. Стройте такие же приборы и опускайтесь на дно морское!»
Моя пометка:
«Замечательно! Поучительно! Но все же поздно!
В книге, которая вышла совсем недавно о глубоководных водолазных спуска, даже прямо сопоставляется скафандр с этой личинкой.
К самым точным техническим терминам прибегает автор, сравнивая личинку и скафандр.
Он говорит о том, что хвост личинки вытягивается над водой, как перископ, и о том, что хвост этой личинки состоит из внешней прозрачной оболочки со «звездообразной втулкой» на конце и двумя воздушными трубками, по которым всасывается воздух.
В этой же книге указывается, что водолазы в скафандре пользуются тем же техническим способом всасывания воздуха, необходимого для дыхания, каким пользуется это насекомое.
Говорится и о том, что трубки хвоста личинки удивительно похожи на водолазные шланги, они не сминаются благодаря спиральной кромке, скрепляющей их цилиндрическую форму».
«Совпадение! — думаю я. — Вряд ли изобретатель скафандра обращался за советом к личинке».
На долгие десятилетия потонул Думчев в Стране Дремучих Трав, потонул в своих наблюдениях. А жизнь шла. Каждый изобретатель, создавая свое изобретение, учитывал поиски других, обменивался опытом с другими людьми, всматривался в современное состояние науки и техники. А Думчев требует: человек, учись у насекомых!
Да! Да! «Учись у паука! — утверждал Думчев. — Учись постройке мостов, учись новому способу изготовления нитей у… паука!»
Я пытался разобраться в этих тезисах Думчева.
«Паук учит строить мост без быков, — пишет Думчев. — Такой мост недорог и прочен. Мост на цепях».
Странное предложение! Ведь люди уже давно строят мосты на цепях. Без подсказа паука.
Правда, в одном справочнике я отыскал заметку, которую легко можно было принять за шутку: что действительно какой-то строитель висячего моста обратил внимание на паутину, протянутую через дорожку сада, по которому он гулял в ясный осенний день. Ему и пришла в голову мысль: не построить ли мост на железных цепях?
Дальше Думчев пишет:
«Еще в семнадцатом веке люди пытались использовать паутину для изготовления тканей. Не в этом, конечно, дело: из паутины одежды не сделаешь. Но заимствуйте у паука самый способ приготовления паутины!»
Дальше Думчев предлагал изобретателю повторить тот самый процесс прядения нити, который я наблюдал, когда попал в паутину.
Я заглянул в энциклопедию и отметил на полях конспекта Думчева: «Запоздалое предложение! В 1890 году уже была пущена фабрика искусственного шелка».
