Сара поравнялась с Греческим театром, когда ее правый каблук угодил в трещину в асфальте. Она пошатнулась, с трудом удержав равновесие. В этот момент что-то просвистело в воздухе и ударилось в соседнюю колонну, обдав лицо каменной крошкой.
– Эй, ты что, совсем спятил?!
Она обернулась. Кричал высокий грузный мужчина в расстегнутой спортивной рубашке. Он шел по дорожке парка, размахивая руками. За ним виднелась фигура полицейского, который держался за кобуру револьвера. Люди вокруг оборачивались.
Не понимая, что случилось, Сара посмотрела в другую сторону. На той стороне пруда стоял человек с пистолетом. Широко расставив ноги, держа пистолет обеими руками. Пистолет был направлен на нее!
Думать было некогда, инстинкты взяли верх. Сара нырнула между колоннами театра и кинулась плашмя на землю.
Люди кричали и разбегались в стороны. Человек с пистолетом обернулся, взглянул на Сару и снова поднял пистолет. В этот момент полицейский выхватил наконец свой револьвер и проорал какой-то приказ. Человек молниеносно развернулся и снова выстрелил. Полицейский пошатнулся, но успел два раза нажать на спуск – убийца согнулся и рухнул на землю. Полицейский упал на колени с перекошенным от боли лицом, прижимая руки к животу. Послышался приближающийся вой сирен.
Цепляясь за колонну, чтобы не упасть, Сара поднялась на ноги и огляделась. В парке царила паника: кто-то еще бежал, другие останавливались. Какая-то женщина, рыдая, прижимала к себе тело высокого мужчины. «Он спас меня», – подумала Сара. Что заставило его напасть на вооруженного противника?
Убийца лежал неподвижно. Один из молодых людей подошел посмотреть на него. Птица с бело-голубым оперением слетела с ветки, наклонила головку влево, потом вправо. Клюнула труп в лицо…
К горлу подступила тошнота. Сара отвернулась, ее вырвало. Желудок пронизала мучительная, выворачивающая боль. Вытирая рот платком, она увидела кровь: осколки камня ранили щеку. Происходящее в парке казалось нереальным, далеким, будто она смотрела в обратный конец подзорной трубы. Звуки доходили словно через слой ваты. Сара развернулась и пошла прочь по Четырнадцатой улице, с трудом переставляя онемевшие ноги. Каким-то уцелевшим краешком сознания она понимала, что надо остаться и подождать полицию. «Это шок, – произнес внутренний голос, – ты не в себе».
Она уже перешла Чероки и проходила позади Монетного двора, когда рядом резко затормозила машина. Сара испуганно обернулась, вздрогнув всем телом. Сердце ее замерло.
– Прыгай сюда, – проговорил Морган, опустив стекло. – Быстро!
Она растерянно посмотрела на него, затем послушно обошла машину и забралась внутрь. Морган ездил на старом «Шевроле», первоначальный цвет которого и год выпуска были давно забыты. Сара захлопнула дверцу и сгорбилась на сиденье, обхватив руками плечи.
Морган подтолкнул ее:
– Быстро снимай пиджак. И красный бант тоже.
– Что?
– Давай-давай! – Он отвернулся и тронул машину с места, не дожидаясь ответа.
Сара молча стянула с плеч жакет и развязала бант. Красный, как кровь… Ее затрясло.
Морган сунул ей в руки блокнот.
– Надень темные очки и заткни за ухо карандаш. Постарайся не быть похожей на шикарно одетую черную бизнес-леди.
– Что? – Сара подняла брови.
– Сообщили по полицейскому радио. Какой-то маньяк открыл стрельбу в парке, и описание одной из его мишеней сильно смахивало на особу, которая недавно меня навещала.
Движение на Четырнадцатой улице было односторонним. Сара с ужасом поняла, что они направляются назад, к Центральному парку. Желудок снова сжался, она отчаянно замотала головой.
– Я понял, что дела у тебя неважные, и поехал взглянуть, – продолжал Морган.
– Спасибо…
– Ладно.
Полицейские перегородили дорогу и заворачивали все машины на Бэннок. Морган, ворча, тоже свернул. Он опустил стекло и подозвал патрульного.
– Что там такое?
Сара отвернулась, почувствовав, что по щеке снова течет кровь.
– Стрельба в парке, сэр, – ответил полицейский.
– Кого-нибудь задело?
– Не могу сказать.
– От «Ньюс» кто-нибудь есть?
– Да, сэр. Репортер и фотограф – только что подъехали.
– Ладно, спасибо. – Морган поднял стекло и выехал на Бэннок.
– Ты не сказал ему, кто я.
– Он не спрашивал.
– Они меня ищут.
– Ищут – так найдут. И это потерпит до завтра.
– Морган, почему именно ты поехал меня искать?
Он посмотрел на нее с улыбкой.
– Чтобы не упустить шанс, ясное дело. Сенсация года – показания главного свидетеля из первых рук.
– Сенсация… Это все?
Морган отвел взгляд.
– Ну да. Что же еще?
