Но это не всё. Андрейка был полон решимости всё-таки накормить сестру яичницей, но приготовить ее из чистых яиц. Для этого яйца он решил помыть. Он сначала включил плиту, поставив на конфорку сковородку, чтобы нагревалась. Потом заткнул тряпкой слив в раковине на кухне, пустил горячую воду и стал туда опускать яйца, чтобы они легче очищались. Яички смешно плавали в воде, а дети их брали и щеточкой пытались мыть. Конечно, они раздавили пару штук и не знали, что с ними делать. Тогда наши ребятишки, чтоб никто не заметил, стали выбрасывать их через форточку на улицу, чтобы скрыть разбитые яйца от родителей. Одно, второе, пятое яичко летели из окна и шлепались на асфальт прямо перед входом в наш подъезд. Но дети этого не понимали, им было весело от того, как скорлупки чпокались о тротуар и растекались ярко-желтыми пятнами. Наши баловники опомнились от этой игры, когда в холодильнике оставалось буквально несколько яиц и еще два отмокали в раковине. Дети и их выкинули за окно, решив, что пусть родители подумают, будто яиц нет, их просто забыли купить. Довольные, уже забыв, что собирались готовить яичницу, Андрейка и Ларочка пошли играть в нашу комнату. Вот в таком положении мы и застали нашу квартиру и наших озорников. То, что не случилось беды, было просто чудом…
Сначала состоялся допрос, потом наступила расплата. Лена загнала обоих на диван, взяла прыгалки и стала хлестать им по попам, приговаривая:
– Я вам покажу, как затопить квартиру! Я вам покажу, как выбрасывать яйца на улицу! Я вам покажу, как включать плиту без спроса и уходить!
Андрейке попадало больше, чем Ларочке, оно и понятно, он был виноват больше, а Фаня смотрела и приговаривала Лене:
– И этой поддай сильней, что ты только своего лупишь?!
Дети, конечно, хныкали и корчились под ударами прыгалок, но всем было видно, что им было не очень больно. Это была скорее моральная, чем физическая мера воздействия.
Вот так окончился самый запомнившийся визит родных к нам в Зюзино и прогулка в лес. Больше мы ребятишек дома одних не оставляли, как они ни просили.
Хочу теперь рассказать еще кое-что из того, что упустила о моем хозяине Игоре. Хотя какой он мне хозяин? Я знала его с его школьного детства. Я знала и деда, и отца и во многих его чертах узнавала отзвуки их характеров. Да и жили мы все эти долгие годы, что я пробыла в его доме, просто душа в душу. Мы были фактически одной семьей, делились друг с другом всеми своими радостями и горестями как общими событиями.
Вот умер мой брат Вася, это случилось, еще когда мы жили на Садовой. Ему было всего пятьдесят лет, но он очень сильно пил последние годы, наверно, оттого, что у него так и не сложилась семья. Я общалась последние годы с ним мало и теперь себя за это корю, но не очень. Ну скажите, кому приятно общаться с вечно пьяным человеком, хоть и братом? Удивительно, что на заводе его еще держали до последних лет. К себе домой его не позовешь, а у него в комнате в общежитии пахнет не очень хорошо. Я пыталась с ним говорить много раз, но разве он слушал? Всё продолжал пить. Вот и сгубил печень, от этого и умер. Игорь выхлопотал ему место на Кузьминском кладбище, место широкое, под большую могилу. Это в Москве, и ездить недалеко. А в то время уже хоронили за городом. Спасибо Игорю за это.
Игорь, как и его отец Леонид Петрович, писал стихи. Я в стихах не разбираюсь, да он мне их и не показывал. Я порой слышала, когда он читал вслух гостям, но это были в основном поздравления или шуточные стишки, и оценить, хорошие они или плохие, бывало трудно. Другое дело – стихи для детей. Тут я определенно могу сказать, что они хорошие и детям нравились. Помню некоторые наизусть, так как это именно я помогала детям заучивать их и подсказывала забытые строчки при выступлении.
Для Андрейки Игорь написал стихотворение о герое Гражданской войны Чапаеве, к выступлению на утреннике в детском саду. Мы тогда с Леной сшили Андрейке папаху из старого цигейкового воротника от пальто и бурку – длинную, до самых пят. Еще ему купили деревянную саблю, и он читал стихи громко, с выражением и никак не хотел уходить со сцены после аплодисментов. Были еще стихи: шутливое и смешное про бритву, патриотическое о Ленине, забавное про тельняшку… Но мне больше всего запомнилось про книжку, которое он сочинил для Тани, когда она еще ходила в первый класс. Я даже его вам сейчас напишу:
