Борис Робертович Плющ родился в Одессе, в семье мелкого торговца, содержащего на Дерибасовской небольшую кухмистерскую и очень жаждавшего разбогатеть. Однако оккупировавшие город немцы в прах развеяли его мечты. Кухмистерская была разграблена вчистую. Когда же пришли красные и пришли явно навсегда, отец Бориса сообразил, что в этой стране стать «миллионщиком» ему уже не суждено. И он решает бежать за кордон, прихватив, конечно, кое-какие драгоценности. Но их грабят и возвращают назад, в Одессу. Здесь они чудом избегают расстрела — помог начальник из ЧК, заявив, что с такими людишками они не воюют…
Подгоняемый жаждой благополучия, Борис учится, становится инженером. Отец по-прежнему наставляет сына, его советы сводятся, правда, к одному: «Делай деньги!» За ними и едет Борис на Север. Но вскоре прекращают свое существование иностранные концессии, исчезает и возможность легкого заработка. Он перебирается в столицу. Часто меняет место работы, пока не устраивается во Всесоюзное объединение. К своему удивлению, он вдруг узнает в начальнике объединения того человека, который спас их когда-то в Одессе. Это был Петр Степанов, отец Виталия. Он тут же строчит на него донос. Честного коммуниста арестовывают… Так клевета становится главным оружием Бориса Плюща. Но коллектив ему не верит, возникает угроза разоблачения, и он снова отбывает в Сибирь, подальше от греха…
Поселился Борис на самом дальнем прииске, за тысячу километров от железной дороги. Искушенный в интригах, Плющ вскоре приобрел у местных доверчивых людей даже некий «авторитет». Создав на прииске обстановку всеобщего недоверия, подозрения, он «призывал к революционной бдительности». И был принят в партию людьми, «загипнотизированными его «революционной» болтовней. А получив партбилет, перебрался на Южный. Как говорится, и концы в воду… И снова — махинации с золотом, нечистые, преступные комбинации, прямое предательство.
За клевету партийное собрание решает единодушно исключить Плюща из партии и передать дело в суд. После партийного собрания Борис Робертович понимает, что у него остается только один путь — «немедленное бегство», но осуществить это ему не удается. Снедаемый животным страхом, зная о том, что кара ему предстоит самая суровая, мечется он по тайге, пока не попадает в топь. И не откликнулась тайга на его предсмертный, душераздирающий крик. Таков закономерный финал «делового человека», преступника, которого жажда наживы привела и к моральному и к физическому краю…
Зло, неисчислимые бедствия приносило золото коренным жителям Севера. «Золото дурной, она худо людям дает», — это твердо знал старый охотник Гаврила Иптешев, щедро угощавший Максимыча, разведчика Турбина, пришедшего к нему узнать про старую штольню. И упорно молчал, хотя очень уважал он богатыря Максимыча, хорошего и доброго человека. Конечно, шайтана теперь прогнали с Медвежьей, можно бы и идти в штольню. «Но что скажет бог Миколка? — сокрушался Гаврила. — Краснов говорил, что русский бог, как шайтан, тоже не велит открывать штольню. Кого слушать? Покажешь штольню — на гору придут люди, значит, уйдет зверь, охоты не будет. Иптешев тоже уходи, бросай заимку». Старик со страхом вспоминал прошлое: огонь, страшное пламя, почти до самого неба… Озверевшие золотоискатели подожгли берестовые юрты орочёнов, сгоняя их с родной земли лишь за то, что там было золото. Немало пережил тогда Гаврила Иптешев.
Забитостью, невежеством местного населения пользовалось не одно поколение Красновых. Но тут они явно просчитались. И не коварством и подачками, а своим собственным примером, жизнью ради общего блага завоевали уважение в сердцах сородичей Гаврилы пришедшие в тайгу люди, так непохожие, на тех, хищников…
Правой рукой Степанова, его подлинным другом и соратником становится заведующий горным цехом, секретарь партийной организации Сергей Иванович Рудаков. Образ этого коммуниста перекликается с известными героями произведений на так называемую «производственную» тему. В свое время один из героев «Энергии» Ф. Гладкова, как мы помним, подчеркивал, что он строит не только Днепрогэс, но и новую жизнь. Тем же принципом руководствуется и Сергей Иванович Рудаков.
Для Рудакова в центре его партийной работы стоит человек. Поэтому руководитель, по мнению Сергея Ивановича, должен быть и воспитателем. Общие цель, работа, общие радости и заботы — все это рождает настоящий производственный коллектив, организацию высшего социально-экономического порядка, в котором, как во всяком живом теле, мешает любая болячка, пусть даже самая на первый взгляд пустяковая. Этому он терпеливо, с большим человеческим тактом, исподволь учит Степанова и других. Он считает себя, как, и его товарищи по работе, бойцом валютного фронта. Этим он определяет место коллектива, его неотложные задачи и перспективу в трудовом процессе.
