О богатстве Малфоев ходили легенды, и пафос всегда был бессменным спутником этой семьи, но сад, по которому они теперь шли, показался Гермионе воистину совершенным. И дело не в магии, витавшей над растениями и многочисленными фонтанами, а в тонком вкусе, с которым был проработан ландшафт. Гермиона ожидала увидеть аккуратно подстриженные кустарники и жуткие композиции из плюща, но сад выглядел вполне естественно, будто этих насаждений никогда не касалась рука с садовыми ножницами. Возможно, притягательность заключалась в аккуратности: дорожки, посыпанные розоватым песком выглядели нехожеными, статуи, на первый взгляд, расположенные бессистемно, поражали мастерством скульптора, выполнившего их. Гермиона не удержалась и на миг остановилась возле одной из скульптурных композиций. Белый мрамор увековечил обнаженную пару. Девушка, с аккуратно подобранными в классическую прическу волосами, руками закрывала глаза юноше, будто застал их момент Вечности во время игры в «Угадай кто?». Лицо мраморной девушки было исполнено четко и тонко, точно жизнь в него вдохнула рука скульптора эпохи Возрождения. Гермиона как зачарованная рассматривала легкую улыбку, тронувшую каменные губы. Едва заметную, почти неразличимую. Лицо юноши хранило покой и умиротворение, словно он заранее знал чьи ладони легли ему на веки.
— Мисс, вы отстаете, — услышала Гермиона голос эльфийки.
— Да-да, прости, Вииво, скульптуры здесь очень красивые.
— Молодой хозяин коллекционировал их, когда… — тут домовица осеклась.
— Когда Драко еще видел? — закончила за нее Гермиона.
Домовица потупила взгляд и произнесла скороговоркой: «Вииво — плохой эльф. Вииво обсуждает хозяина за его спиной».
— Прости, прости меня, — зачастила Гермиона, глядя, как наполнились слезами огромные синие глазки несчастного существа. — Ты очень хороший эльф, поверь.
— Пойдемте за мной, мисс, мы почти на месте, — ответила Вииво, не смея принять комплимент.
Драко расположился в ротанговом кресле. Удобном и высоком, так, что над спинкой виднелась только белокурая макушка. Юноша сидел к ним спиной, и Гермиона сочла правильным кашлянуть и обнаружить свое присутствие заранее. Юноша вздрогнул и что-то быстро спрятал под огромным пледом, укрывавшим его ноги, а так же клочок газона перед ним.
— Зачем ты пришла? — вместо приветствия с нажимом спросил он.
— Здравствуй, — дрогнул голос, и хорошее настроение моментально улетучилось. Гермиона обошла кресло и посмотрела на Драко.
Несмотря на жару юноша практически полностью завернулся в шерстяной плед. Рядом с креслом располагался небольшой стол, на который Вииво тут же установила поднос.
— Прикажете налить вам чай, мистер Малфой? — раздался тонкий голосок.
— Нет, спасибо, справлюсь сам. Ты можешь быть свободна. Я позову, если будет нужно.
— Может быть я смогу помочь? — спросила Гермиона и уже через миг пожалела о том, что открыла рот.
Глаза юноши широко распахнулись, маленькие кружочки зрачков превратились в точки, а на щеках пожаром вспыхнул румянец:
— Зачем ты сюда пришла? — повторил он вопрос, проигнорировав ее собственный.
Малфой остался Малфоем. Эта мысль неприятно царапнула где-то внутри, по смело уже нарисованному в мыслях портрету изменившегося человека. Сейчас он сидел напротив нее с таким знакомым выражением злости и брезгливости на лице, что с языка Гермионы уже готова была сорваться ответная грубость, если бы не взгляд юноши, беззащитно направленный в пространство мимо нее. «Спокойно, Гермиона, — обратилась девушка сама к себе. — Он злится, потому что чувствует себя уязвимым. Это просто защитная реакция».
— Я пришла сюда, потому как твои родители считают это необходимым. Да и я тоже. Ты не в том состоянии, чтобы все делать самостоятельно. В любой момент тебе может понадобиться помощь.
— То есть ты всегда начеку?
— Да.
— Поэтому спишь до обеда, когда в любой момент бедняжке Драко может стать плохо? Когда ему нужно будет вытереть сопли или задницу? Когда нужно будет погладить его по голове и сказать, что все хорошо и дальше будет только лучше? Все лучше и лучше, да?!
— Я долго не могла заснуть потому, что боялась не услышать тебя, если тебе действительно нужна будет помощь. А потом… я еще не привыкла… я проявила безответственность.
— Мне не требуется ничья помощь и присутствие, — прервал пламенную речь Гермионы Драко. — Дом оборудован так, чтобы я все мог делать самостоятельно, даже без помощи домовиков. Ты можешь отправляться восвояси. Я не расскажу родителям, и ты получишь обещанные отцом деньги. Ты не нужна здесь. Мне никто не нужен!
— Драко, — как можно спокойнее сказала Гермиона, — ты говоришь так, чтобы спровоцировать меня, но ничего у тебя не выйдет. Если тебе неприятно мое общество, отвечу — это взаимно. Отныне я постараюсь не пересекаться с тобой без надобности, но если тебе что-то будет нужно — ты знаешь, как меня позвать.
