— Не лезь, ты слишком ценен для Либру! — Кричит Айлин. Чувствуется, что запыхалась.
Но сразу вновь зашевелилась. Пригнувшись, рванула резко на регекта с мечом и рубанула по ноге с латой. Того чуть повело, но не более. Ударила наискось второго и вырвалась из окружения. Ух, какая резвая. Хотел уже похлопать в ладоши.
Но урод с щупальцами развернулся и хлестнул её вдогонку! Даже приняв на броню, Айлин вскрикнула и перекатилась вперёд. А затем явила свой лук и с разворота дала почти в упор бегущему за ней мечнику. Вот только её энерго–стрела от панциря отлетела, как зубочистка. Вторую пускает уже в голову с дистанции в два метра! Втыкается в лоб, но не заходит глубоко, а затем и вовсе исчезает. Орку хоть бы что, летит на неё в замахе.
Айлин дёргается в сторону резко, переходя в незримость. Но враг всё равно успевает зацепить. Поэтому подскакиваю уже я, блокируя клинком. Часть клинка противника отлетает к чертям.
Бью вторым по груди, потому что с лёту не успеваю достать до башки. Но клинок отскакивает от брони, как от бетона! Кисть мгновенно немеет, готовая уже разжать рукоять. Но в следующий миг крепнет, ибо тело само переходит в боевую форму, реагируя на боль.
— Это броня каменного краба! — Кричит Айлин. — Даже не пытайся!
— Ага, — отвечаю ей и подныривая, всаживаю крючковатое лезвие уже под нагрудник в живую плоть. Вырываю с остервенением, вываливая и кишки. Несусь дальше, краем глаза, увидев, что Айлин добивает этого.
Удар второго сверху блокирую, срубая его клинок и снизу–вверх машу, цепляя челюсть орка и вырывая её к херам. Падает, как подкошенный на колени. Башку срубаю с давно забытым чувством вкуса грязной смерти.
С щупальцами уродец не сильно торопится, видимо, всю грязную работу поручил дружкам. Поэтому встал, как вкопанный с недоумением меня рассматривая.
Но стоило пойти на него, выбросил свои щупальца. Как раз к этому моменту у меня уже второй уровень боевой формы подкатил, и я молниеносно отодвинулся на полшага в сторону, как мастер Вин–Чун и срубил три шланга коротким ударом.
Урод взвизгнул, как свинка и помчал в воду, нервно тряся рукой. Хотел уже из лука чёрного добить.
— Пятипал! — Закричала Айлин отчаянно, показывая в сторону.
Из–за свалки вышло ещё трое орков! Все в крабовой броне, один с дубиной, похожей на лапу краба, второй с копьём. Третий раза в полтора больше других с пятью щупальцами, вытягивающимися из пальцев правой кисти! Хера се громила.
В новых гостей сразу посыпались стрелы подружки. Часть в броню, одного орка в горло пробила, тот захрипел и попятился. Но самый крутой, который «пятипал», легко уклонился, принимая стрелы на латы левой руки.
Связываться он со мной не стал, быстро оценив обстановку, втянул щупальца в пальцы и рванул в воду за дружком, крича тройным звериным голосом что–то матерное. Я уже почти начал понимать их речь… На лодке четверо орков сидят, которые, видимо, там спали, принимают бывшего трёхпалого, ныне беспалого, помогая взобраться. Второй отступающий щит поднял и попятился, прикрывая главного орка «пятипала» от обстрела.
В воду за ними я не полез, потому что подустал за ночь от неё.
— Куда собрались! Исчадия Мглы!! — Кричит Айлин, стреляя вдогонку. Потяжелела у неё рука, скорость упала. Но парочка стрел в ноги обеим оркам залетела, а тем хоть бы что. Дохромали и влезли на борт. Одни на вёсла налегли с хрюканьем суетливо, другие их щитами закрыли от синих стрел, и поплыла лодка прочь.
Три копья экипаж в нас кинул в ответку без особого энтузиазма, Айлин увернулась от двух пик, я же глазом не повёл. В трёх сантиметрах от лица прошёл наконечник, ветерком обдав.
Пошла лодка скорость набирать. В итоге пятерых оставив отдыхать на островке, орки всемером улепётывают.
— Спасибо, что прикрыл, не ожидала, что так хорошо справишься, — поблагодарила Айлин ласково. Что–то она чересчур взмыленная. — Я без боевой практики совсем обмякла.
— Не стоит благодарности, крошка, — отвечаю и добиваю ещё не сдохшего регекта, уползающего за кучу. Резким ударом копья раскроил черепушку, оценив насколько она прочная.
Подружка вдруг засуетилась, явила свою синюю гранату, замахнулась. И выдохнула, опустив руку. Видимо, поняла, что не добросит. А ещё не догадалась сделать это сразу.
— Мгла! Ушли, — взвыла разочарованно и дальше рассуждает деловито. — Так далеко пятипалые редко заходят. Элитный отряд лазутчиков, значит. Хм… и здесь? Похоже, намечается что–то серьёзное в нашем тылу. Жаль, что упустили, очень жаль. В Сердце похвастать будет нечем. Только тем, что оплошали.
— А плавать они умеют? — Спрашиваю деловито, примеряясь на глаз.
— С такой бронёй? Да не особо, — усмехнулась. — Хотя… даже если кто и поплывёт, далеко не уйдёт, здесь много голодных мурен. А почему ты спрашиваешь?
— Да так. Не могу же я видеть, как ты расстраиваешься из–за такого пустяка. Никто никуда не ушёл.
