Каспар помогал генералу Бертрану согласовывать условия капитуляции, и теперь побежденные захватчики расположились лагерем в полумиле вверх по дороге под охраной. Им предстоял долгий путь домой — без оружия и прочих вещей, от которых победители сочли возможным их «освободить», а офицеров ждал выкуп, чтобы компенсировать расходы на оборону Аранора.
Новая провинция Ролдема имела давние исторические связи с королевством. В прошлые века это княжество уже входило в его состав, но скорость реакции обороняющихся стала для захватчиков неожиданностью. Каспар был знаком с Бертраном, так как тот служил под началом нынешнего рыцарь-маршала Опардума — Квентина Хавревулена, человека, которого Каспар лично выбрал на пост командующего армией, когда сам правил Оласко.
Каспар вышел из генеральской палатки и подошел к костру, опустившись на бревно рядом с Серваном.
— Ну и пирушку вы тут устроили, — заметил он.
Джомми, явно навеселе, рассмеялся:
— Интендант притащил провианта на месяц, Каспар. Наверное, не захотел тащить все это обратно в Опардум, вот и готовит все подряд.
— И правильно, — отозвался бывший герцог. — Большую часть этого все равно выбросили бы на… — он собирался сказать «родине», ведь столица Оласко была его домом всю жизнь, но почти три года как перестала быть таковым, поэтому закончил: — …там.
Каспар окинул взглядом шестерых недавних студентов.
— Вы сегодня молодцы, парни. Эти подонки, что на вас напали, были просто сбродом в скверном настроении, жаждавшим выместить злость перед тем, как их прогонят обратно за границу. Вы уложили шестерых, ранили еще столько же и отбили у них всю охоту драться. — Он улыбнулся Сервану. — И самое замечательное: вы не потеряли ни одного человека. Двое получили легкие ранения, но в целом — работа на отлично.
Джомми, не скрывая гордости, добавил:
— Это все Серван. Он организовал оборону на месте, будто всю жизнь этим занимался, Каспар.
Серван скромно пожал плечами:
— Каждый сделал свое дело. Все быстро сориентировались и стойко держались.
— Что ж, это кстати, — Каспар стал серьезнее. — Скоро нам понадобятся полевые командиры.
— Почему? — нахмурился Годфри. — Ролдем собирается воевать с Бардаком?
Каспар покачал головой, и в его глазах мелькнула тень грусти:
— Нет, мой юный друг. — Он взглянул в темноту. — Скоро воевать будут все.
Годфри уже открыл рот для нового вопроса, но предостерегающий взгляд Джомми заставил его замолчать.
— Когда я был мальчишкой, отец привозил меня сюда на охоту, — неожиданно сменил тему Каспар. — После я бывал здесь много раз…
— Должно быть, странно возвращаться, — осторожно заметил Тад. — Учитывая, что ты больше не герцог…
Каспар усмехнулся.
— Жизнь имеет привычку вносить изменения, не спрашивая нашего мнения, Тад. — Его взгляд скользнул по лицам собравшихся. — Мы строим планы, но судьба далеко не всегда прислушивается к нашим желаниям.
Он поднялся на ноги, остановив взгляд на сияющем лице юного принца.
— А вас, молодой принц, завтра ждёт весьма тяжёлое утро, если вы не прекратите пить эль. Позволю себе предложить вам выпить воды перед сном?
Не дожидаясь ответа, Каспар направился обратно в генеральскую палатку.
Джомми зевнул и потянулся:
— Что ж, нам тоже стоит устроиться на ночь — завтра ранний подъём и марш.
Годфри проводил взглядом удаляющегося Каспара:
— Интересно, что он имел в виду под «воевать будут все»?
Зейн перевёл взгляд на Тада, тот — на Джомми. Джомми лишь пожал плечами. Воцарилась тишина, и только Гранди сидел с глуповатой улыбкой, озирая внезапно притихших товарищей. Улыбка медленно сошла с его лица.
Наконец Джомми наклонился, положил руку на плечо принца и сказал:
— Давай-ка напоим тебя водой, юноша. Каспар прав. К утру тебе будет худо, если мы этого не сделаем.
Без лишних слов остальные устроились на ночь кто как мог у потухающего костра, пока Джомми уводил Гранди на поиски ведра с питьевой водой.
Валко стоял во главе стола, в то время как Всадники Садхарина стучали затянутыми в перчатки кулаками по древнему дереву, выкрикивая одобрение. Новый Владыка Камарина пригласил других лидеров своего общества на пир в честь своего восхождения к власти.
Наруин тщательно проинструктировала сына о надлежащем порядке действий после того, как тело его отца было помещено в усыпальницу предков. Формальное послание было отправлено Каране в город Косриди, извещая о его восхождении на трон Камарина и испрашивая признания, что, как она заверила его, было лишь формальностью. Затем послания должны были быть разосланы всем кровным родственникам, перечисленным в Зале Предков — опять же формальность. А затем последовали приглашения Садхарина, которые, как она ясно дала понять, были куда больше, чем просто формальностью. Ибо братство Садхарина было больше, чем просто семья: это было боевое общество, способное влиять на имперскую политику, менять баланс сил между фракциями, низвергать кланы и уничтожать целые семьи.
