В 1955 году посольству США было приказано переехать с Моховой улицы в новое здание на Садовом кольце. С 1934 по 1955 год дом на Моховой частично использовали под службы посольства, частично под квартиры для персонала. Резиденция посла находилась отдельно, и переезд ее не коснулся. Она располагалась недалеко от Смоленской площади. Тот факт, что Сталин обычно проезжал дважды в день мимо, придавал этому месту особое значение. Тиран редко ночевал в Кремле, известно, что он постоянно опасался покушения на свою жизнь: в него несколько раз стреляли, и, по моим сведениям, это тщательно скрываемый факт. И шансов, что его могли застрелить в загородной резиденции, было намного меньше, чем в Кремле, где за несколько веков было совершено немало убийств. В разное время дня и ночи властелин ехал из Кремля за двадцать с лишним километров на свою загородную дачу, охраняемую как крепость.
Существует множество историй о том, как тиран, опасавшийся за свою жизнь, часто менял места своего пребывания. Теоретически он все время подвергал себя опасности и риску быть застреленным. У этого «человека из стали» было такое множество убийств на совести, что он окружил себя постоянной защитой. По этой причине из Кремля его автомобиль вылетал как торпеда и мчался в отдаленное село Успенское. В этой резиденции с религиозным названием диктатор создал себе маленький Кремль, затерянный в лесах, вдалеке от проезжих дорог; его дачу окружала высокая стена из красного кирпича. Я хорошо знаю это место, так как несколько раз проезжал мимо и мог видеть, как патрули НКВД охраняют окрестности.
Ни под каким предлогом ни автомобилист, ни пешеход не могли там остановиться. Примерно за три километра до этого места у меня спустило колесо. И только я успел поднять свой автомобиль домкратом, как рядом со мной внезапно оказался патруль НКВД. Ни о чем не спрашивая меня, двое из патрульных быстро помогли мне сменить колесо, чтобы я смог наконец уехать. В некоторых путевых заметках есть упоминания о подобных случаях на других дорогах Советского Союза. Однако в основном водители не особенно беспокоятся о непредвиденных аварийных остановках, так как все крупные шоссе считаются стратегическими военными и милицейскими магистралями, поэтому помощь обязательно придет, и быстрее, чем вы думаете. Иностранцы, мало знакомые с местными условиями, склонны приписывать такую таинственную помощь простой вежливости и шоферскому братству. Конечно, эти добродетели, присущие русским людям, не раз испытал на себе и пишущий эти строки. Но не надо забывать, что такая готовность оказать услугу в подавляющем большинстве случаев приходит от вездесущих агентов НКВД — КГБ. Существовал приказ постоянно днем и ночью держать эти магистрали свободными от всех препятствий и возможных внезапных нападений с обочины дороги. Иногда карательный отряд КГБ мчался с головокружительной скоростью «усмирять» непокорных колхозников. Многое происходит на советских дорогах, но абсолютно невозможно только одно: засада на «крупных шишек» или подложенная бомба.
Вблизи изолированной сталинской виллы охрана часто менялась. Так же как и сотрудники главного здания КГБ в Москве, они не могли ни с кем заводить знакомство. Патрули обходили целые районы вне зависимости от того, был ли там Сталин. Вооруженные часовые стояли на страже через каждые тридцать метров на близлежащей территории, другие обозревали окрестности со сторожевой башни. Все имели прямую телефонную связь с гарнизоном. Они досконально подчинялись приказам и никогда не рисковали. Они прекрасно питались, их семьи пользовались исключительными привилегиями, и это все налагало на них полное подчинение. Их работа заключалась в защите тела Сталина.
Резиденция посла находилась рядом с Арбатом, в одном квартале от Садового кольца, где теперь стояло здание посольства США. Многочисленные милиционеры, патрулирующие Арбат, пребывали в постоянном напряжении, так как не знали, когда промчатся Сталин, Маленков, Молотов и другие «крупные шишки». Они мчались с такой скоростью, что почти двухкилометровый путь от Кремля до Садового кольца занимал всего несколько минут. Когда ехал Сталин, с ним одновременно из Кремля выезжало два автомобиля сопровождения. Я часто видел, как они выезжали из Спасских ворот Кремля, из тех самых, в которые в 1812 году вошел Наполеон. На внешней стороне кремлевской стены зажигался светофор, и звонок оповещал о выезде скоростного кортежа, который мчался напрямик через открытое пространство без сирен, гудков и других звуковых сигналов. Вышколенные водители, набирая скорость, летели, не издавая ни звука, по Смоленскому шоссе к сталинскому убежищу.
