– Вы правы. Только я покупаю произведения известных художников и скульпторов не для торгов на аукционе, а для собственного удовлетворения. Мне льстит благодарность горожан за то, что моё собрание доступно каждому ставропольцу независимо от сословия. Я создаю собственный маленький Эрмитаж в нашем губернском городе. А сомнение в подлинности рисунка великого флорентийца гложет душу, подтачивает её, точно ржа, и выводит меня из нормального расположения духа. Я даже сон потерял… И я не обрету спокойствия, пока не уверую в истинность работы да Винчи.
– Ваши опасения понятны, но в чём может заключаться моя помощь? – осведомился молодой Ардашев.
– Вы отыскали убийцу моего брата и его прежнего тестя. Такое не каждому под силу. – Папасов помолчал, посмотрел собеседнику в глаза и продолжил: – Я вдвое старше вас и редко ошибаюсь в людях. Природа подарила вам способность анализировать события и приходить к выводам, помогающим открыть любой тайный замысел. Вы наделены редким даром, возвышающим вас над толпой. Из вас мог бы получиться успешный политик, но вам, как я понимаю, интереснее ловить негодяев, приносящим в общество зло. Вот поэтому я и обращаюсь к вам с просьбой провести небольшое расследование всех обстоятельств кражи моей художественной реликвии. Меня интересует всё. Что заставило музыканта, дававшего уроки игры на скрипке моему сыну, пойти на преступление? Как давно созрел у него этот умысел? Что подвигло его совершить самоубийство? Один лишь страх разоблачения привёл его к смерти? И главный вопрос: кто написал подделку? Я сомневаюсь, что покойный господин Несчастливцев так же хорошо владел пером и тушью, как и скрипичным смычком. Получается, у него был соумышленник? И наверняка это живописец. А что, если злодеев было несколько и один из них до сих пор находится в моём окружении? Когда я начинаю думать о том, что каждый день могу смотреть в глаза преступнику, меня пронимает дрожь. – Фабрикант открыл портмоне и выложил на стол пять сторублёвых купюр. – Это аванс, и он ваш, независимо от того, отыщите вы злодея или нет. Если вдруг вам удастся найти пособника Несчастливцева – я заплачу вам ещё столько же. А в случае появления новых доказательств подлинности наброска да Винчи, или, что я не исключаю, его подделки – с меня ещё тысяча. Договорились? Такие условия вас устраивают?
– Нет.
– Тогда назовите свою цену.
– Через пять дней я уеду в Одессу, а оттуда в Каир.
– Хотите на пирамиды посмотреть?
– Я принят на службу в генеральное консульство России.
– О! Поздравляю! Хорошая новость. Простите, а какую должность вы займёте?
– Переводчика.
– Наверное, многими языками владеете?
– Арабский, турецкий, персидский, английский, французский, немецкий… и ещё учу некоторые.
– У сына давняя мечта – посмотреть мир. И я рад, что он её добился, – гордо проговорил бывший военный.
– Это является ещё одним подтверждением моих слов о вашей неординарности, Клим Пантелеевич. Вы умеете идти к цели. А значит, обладаете сильным характером. Отличное сочетание с незаурядным умом.
– Благодарю вас, но платить мне пока не за что.
– В прошлом году я был в Египте и даже путешествовал по Нилу, – вновь перебил Ардашева купец, будто не слыша его. – Привёз несколько настоящих реликвий Среднего и Позднего царств[25]. Пришлось прибегнуть к помощи кошелька, но чего не сделаешь ради любимой Родины. Я выставил эти милые моему сердцу вещицы на обозрение публики в том же зале, где и висят живописные полотна мастеров. Не откажите в любезности посетить сие скромное собрание?
– Да, сынок, там есть чему подивиться! – вынув изо рта чубук, восторженно выговорил Пантелей Архипович.
– С большим удовольствием, но…
– Так поедемте прямо сейчас. Что нам мешает?
– Перед расставанием, господа, предлагаю отведать божественного нектара, – вымолвил хозяин дома. – Согласитесь, никто, кроме французов, не умеет делать столь ароматный коньяк.
– И даже греки? – игриво насупился негоциант.
– К сожалению, и наши православные братья в этом ремесле уступают коньякцам. Но зато они подарили миру античную культуру и Олимпийские игры.
– Демократию тоже они придумали. В Древней Греции каждый гражданин имел право вносить на обсуждения любые предложения и потом голосовать за них. Россия пока, к сожалению, весьма далека от этого.
– Ваша правда, Клим Пантелеевич, – вздохнул предприниматель, – слава Господу, мы хоть от крепостного права избавились. Правда, русские крестьяне даже равных избирательных прав не имеют, а вот умирать за самодержца – всегда пожалуйста!
Старший Ардашев шутливо погрозил гостю пальцем и сказал:
– Ох и крамольные вы речи ведёте, господин гласный Ставропольской думы. Вы забыли уточнить, что в те далёкие времена всё население греческих городов не насчитывало и десяти тысяч человек. А у нас, поди, уже к ста двадцати миллионам подбирается.
– Так ведь и живём мы в другой время, просвещённое: локомотивы, электричество, телеграф, телефон, самоходные коляски Карла Бенца, – усмехнулся потомок древних эллинов, убирая папку с рисунком в портфель.
